Я не знаю, то ли отвечать на ваш вопрос, то ли приберечь ответ для полиции;
— Есть ли какая-нибудь причина не отвечать мне?
— Я как раз об этом и размышлял.
— Вы хотите что-нибудь скрыть?
— Нет, конечно.
— Тогда зачем скрывать ответ на мой вопрос?
— Это некрасиво, мистер Мейсон. Я ничего не скрывал от вас и полностью ответил на ваши вопросы.
— Все же, когда вы говорили последний раз с Фолкнером?
— Ну, ладно, мистер Мейсон. Как вы догадались, вчера.
— В какое время?
— То есть когда я лично говорил с ним с глазу на глаз?
— Да, это, и еще, когда вы говорили с ним по телефону?
— Почему вы думаете, что я говорил с Фолкнером по телефону?
— Да вы сами сказали, что сначала говорили с ним лицом к лицу.
— Я боюсь, мистер Мейсон, что попал в руки очень ловкого адвоката.
— Я жду ответа.
— Вы разве официально уполномочены задавать такой вопрос? Предположим, я отказываюсь на него отвечать, что тогда?
— Тогда, — сказал Мейсон, — я позвоню моему другу, лейтенанту Трэггу, и скажу, что вы виделись с Фолкнером в день убийства и говорили с ним по телефону.
Диксон опять сложил пальцы вместе. Затем он кивнул головой, как будто пришел к какому-то решению, но продолжал молчать, сидя с окаменевшим лицом за столом.
Мейсон также ждал молча.
Наконец финансист хлопнул ладонями по столу, приняв окончательное решение.
— Вчера Фолкнер несколько раз советовался со мной, мистер Мейсон.
— С глазу на глаз?
— Да.
— Что он хотел?
— Вы отклоняетесь от своего первоначального вопроса, адвокат!
Мейсон молча смотрел на Диксона.
Диксон вновь взмахнул ладонями и пристукнул по столу.
— Вы много хотите, мистер Мейсон, но ладно, чего уж там. Фолкнер хотел выкупить долю своей жены в корпорации.
— А вы хотели продать?
— Смотря по какой цене!
— Торговались долго?
— Видите ли, поначалу Фолкнер хотел продать нам свою долю в корпорации по определенной цене. Подумав, что мы не согласимся, решил тогда по этой же цене выкупить долю своей жены.
— Вам эта цена не подошла?
— Конечно, нет.
— Могу я спросить, почему?
— Это же элементарно, адвокат. Фолкнер возглавлял компанию с очень хорошими доходами. Он получал зарплату, которая не повышалась последние пять лет. Так же, кстати, как и зарплата Карсона. Если бы Женевьева выкупила его долю, Фолкнер был бы свободен создать свой собственный бизнес, который мог бы составить нам конкуренцию.