Хозяин давно знал эту компанию и всегда оставлял для них уединенную кабинку, если в суде слушалось дело, в котором участвовал Мейсон.
— Судя по тому, что я слышал, судья уже заранее принял решение, — заметил Дрейк.
Мейсон кивнул:
— Что тебе удалось разузнать, Пол?
— Не очень много, — признался сыщик. — Разрозненная информация. Не уверен, что она тебе поможет… Как ты сам говорил, твоя клиентка — неисправимая лгунья.
— И да и нет. Она врала мне, пытаясь спасти репутацию брата. Она думала, что на него могут обрушиться какие-то неприятности, а для того, чтобы их избежать, следует заплатить пять тысяч долларов.
— Но она врет, Перри! — воскликнул Дрейк. — Она отправилась к Касселу на квартиру и попыталась откупиться. Ей это не удалось, и она его убила.
— Что ты выяснил? — попытался переменить тему Мейсон.
— Наверное, ты правильно оценил Мори Кассела, Перри, — начал отчет Дрейк. — Его жизнь окружена тайной. Никто не знает источников его дохода и его размеров. Он всегда имел при себе оружие. Носил с левой стороны короткоствольный револьвер 38-го калибра. Всю одежду шил на заказ у одного портного, услугами которого пользовался уже много лет.
— Черт побери! — воскликнул Мейсон. Дрейк кивнул.
— И револьвер был при нем, когда обнаружили труп?
— Наверное.
Мейсон прищурился.
— Интересная получается ситуация, — продолжил Мейсон. — Полиция описала все в комнате, представила фотографии трупа на кровати, рассказала, что Кассела нашли в одежде, с пулей во лбу, кровь залила всю подушку и даже заляпала пол, однако никто и словом не обмолвился о револьвере.
— А ты их спрашивал, Перри?
— Нет, — улыбнулся адвокат. — Мне не пришло, в голову задавать вопросы об оружии Кассела. Правда, следовало поинтересоваться содержимым карманов и, вообще, всем важным, обнаруженным в квартире… А что там с источниками доходов, Пол?
— Кассел всегда расплачивался наличными. Деньги носил на себе, в специальном поясе.