Вы, мистер Мейсон, должны как-нибудь выбрать время и осмотреть их как следует. Вы непременно что-нибудь купите! С вашей работой, когда, куда бы ни поехал, все узнают и пристают с проблемами, такая вещь придется очень кстати. Взгляните-ка на этот! Двадцать пять футов. Летит за машиной как перышко. Вы даже не почувствуете. Но не думайте, он крепок и устойчив, как любой другой. «Фиберглас». Тепло– и звукоизоляция. Можете поставить его в полдень в пустыне, и внутри будет свежо и прохладно, как в лесу у подземного источника.
– Спасибо, не сегодня.
– Не обращайте на меня внимания! – не унимался Харцель. – Работа с людьми. Приходится уговаривать. Создавать рекламу. Я вовсе не хочу вам ничего всучить, просто для поддержания формы. Ну вот мы и пришли. Вот ваш «Гелиар».
– Он заперт на ключ? – осведомился Мейсон.
– Конечно. На комиссионной продаже мы их все запираем. Как, впрочем, и остальные, за исключением тех, что можно осматривать.
Арлен Дюваль достала из кармана ключи.
– Я сама его открою.
Харцель уже вынул было свой ключ, но посторонился и, шагнув в сторону, наблюдал за ней.
Девушка повернула ключ в замке, дверь открылась, и она, даже не пытаясь скрыть охватившего ее волнения, вспрыгнула на подножку и исчезла внутри трейлера.
Следом вошла Делла Стрит, Мейсон подал ей руку, а замыкал эту маленькую инспекцию сам хозяин центра.
– Да, это он, – подтвердила Арлен Дюваль.
Харцель тем временем нашел с обратной стороны двери металлическую пластинку, потер ее пальцем, чтобы прочитать номер, и, сравнив его с записью у себя в книжке, удовлетворенно хмыкнул:
– Вне всяких сомнений.
– Ну а кроме номера, – спросил Мейсон, обращаясь к Арлен Дюваль, – можете ли вы назвать какие-либо отличительные особенности, подтверждающие, что вы – его хозяйка?
Девушка задумалась.
– Если нетрудно, откиньте, пожалуйста, вон тот маленький дамский столик перед зеркалом.
Харцель подошел к столику и установил его в нормальное положение.
– О’кей, сестрица! Ваша взяла! Я сдаюсь! Кто-нибудь еще желает взглянуть?
Мейсон и Делла Стрит прошли туда, где стоял Харцель.
– Когда, говорите, его увели? – спросил он.
– Сегодня утром.
– Надо же, как они быстро управились. А вещички-то? Подмели подчистую…
Арлен Дюваль опустила голову.