Дело о дневнике загорающей

Кто это был?

– Читай вечерние газеты, Делла, и все узнаешь! – С этими словами Перри Мейсон взял свой «дипломат», небрежно бросил в одно из отделений записку и две денежные купюры, взглянул на часы, улыбнулся и сказал: – Пока. Гамильтон Бергер ждать не любит. Я должен быть там ровно в десять.

Уже у дверей он помедлил и, немного подумав, отдал Делле Стрит последние указания:

– Свяжись, пожалуйста, с Полом. Вчерашнее письмо ему доставил курьер в форме – пусть он проверит каждую курьерскую службу и найдет того парнишку.

Найдет и спросит, где и от кого тот это письмо получил. И пусть не забудет взять описание внешности.

– Хорошо, шеф.

– А сейчас я бегу успокоить Бергера – у него наверняка уже чешутся руки.

– Не давайте ему слишком их распускать.

Мейсон усмехнулся:

– Что поделаешь, это шоу пойдет по заказу окружного прокурора. Я – на его территории, и он может гоняться за мной сколько ему вздумается.

– И у вас не будет никакого прибежища?

Мейсон усмехнулся еще раз:

– О, я в любой момент могу спрятаться за «пятую» поправку.

– Не шутите так.

– Это вовсе не шутка. Это вполне может быть охранительное, основанное на фактах заявление.

До Дворца правосудия Мейсон доехал на такси и сразу прошел в комнату заседаний Большого совета.

Газетные репортеры и фотографы окружили его, ослепив яркими вспышками камер."

"– Почему вас вызывают, мистер Мейсон? – спросил один.

– Я и сам не знаю. Мне вручили повестку, и я, как рядовой законопослушный гражданин, подчиняюсь требованиям.

Больше мне добавить нечего.

– Нечего или не хотите?

– И хотел бы, но нечего.

Подошел полицейский, тронул Мейсона за рукав:

– Вы – первый.

Мейсон вошел в комнату, где его ждали члены Большого совета присяжных.

Председательствовал Гамильтон Бергер. Он что-то говорил, но, увидев Мейсона, прервался. Лицо его выражало плохо скрытое торжество. Оглядев присяжных, Мейсон с интересом отметил для себя, что особой благожелательности к себе ему сегодня ждать не следует, ибо – было ясно как день – Гамильтон Бергер до его появления уже достаточно с ними поработал и ситуацию обрисовал.

Дело принимало более серьезный оборот, чем Мейсон предполагал.

Его привели к присяге, и Гамильтон Бергер предупредил его о соблюдении конституционных прав.

– Всем известно, что вы – юрист, – начал Бергер. – По закону вы обязаны давать ответы на определенные вопросы, которые зададут вам члены Большого совета.