– Пусть между нами не останется недопонимания, мисс Барлоу, – обратился он к свидетельнице вкрадчивым голосом. – На плане – вещественном доказательстве «Б» со стороны обвинения – изображена территория по адресу авеню Вауксман, шестьдесят два тридцать один, Лос-Анджелес, в том состоянии, в котором она находилась тринадцатого числа текущего месяца. Я спрашивал вас о мастерской, изображенной на этом плане. А теперь я попрошу вас написать вашу фамилию на помещении, о котором идет речь, чтобы все было абсолютно точно.
– Я возражаю на том основании, что это попытка поймать свидетельницу в ловушку и лишить ее конституционных прав, – встал со своего места Мейсон.
Гламис Барлоу не стала ждать решения суда, а направилась к плану, приколотому к доске.
– Минутку, мисс Барлоу, – остановил ее судья Алворд. – Вы понимаете вопрос?
– Конечно.
– Вы желаете написать свою фамилию на том месте плана, что изображает мастерскую, о которой идет речь?
– Да.
– Вы понимаете, что даете показания под присягой, как свидетельница в деле, где в дальнейшем вы сами можете оказаться в роли одной из обвиняемых – тогда, когда оно будет передано на рассмотрение в высший суд?
– Меня не волнует, где оно будет рассматриваться. Я не заходила в мастерскую утром тринадцатого числа. Я спала чуть ли не до десяти утра. Я вставала с кровати только для того, чтобы поговорить с Мьюриель Джилман, а так я вообще не покидала свою комнату по крайней мере до девяти тридцати.
– Хорошо. Суд удовлетворен, что вы поставлены в известность о своих конституционных правах, – сказал судья Алворд. – Суд в общем и целом не одобряет подобную процедуру, однако она не является противозаконной. Даже несмотря на то, что свидетельница не воспользовалась своим конституционным правом отказаться от ответа на основании того, что он может быть вменен ей в вину, я принял бы возражение адвоката защиты, если бы не отношение самой свидетельницы.
Гламис Барлоу твердой рукой написала свою фамилию на плане."
"– Теперь вы написали свою фамилию в той части плана, что обозначена как «Мастерская обвиняемого», – с торжествующим видом объявил Гамильтон Бергер.