И видимо, у нее неприятности. Давайте попытаемся разузнать, в чем там дело. Пригласи ее.
Девушка кивнула, вышла из конторы и через несколько минут вернулась в сопровождении женщины. Походка незнакомки была прямой и величавой, голова высокомерно, по-королевски поднята.
Она поклонилась Мейсону и сказала:
– Благодарю вас, мистер Мейсон, за то, что вы согласились меня принять. – С этими словами она спокойно уселась в кресло для посетителей и продолжала: – Пожалуйста, отнеситесь со вниманием к тому, что я вам расскажу, поскольку я должна знать, что меня ожидает.
– Что же случилось? – спросил Мейсон.
Она покачала головой:
– Разрешите мне задать вам вопрос! Мистер Мейсон… Я кое-что слышала о праве человека на покой и уединение. Вы можете мне пояснить, что подразумевается под этим?
– Под правом личности на покой и уединение, – ответил Мейсон, – следует понимать, что никто не имеет права нарушать покой и уединение человека, если тот этого не хочет.
– Гарантирует ли закон, что гласности не могут предаваться те или иные факты, если человек этого не хочет?
– Не совсем, – ответил Мейсон.
– Подпункты? – переспросила она. – Расскажите мне быстренько их суть.
Мейсон сказал:
– Если вы, например, идете по улице, где много народу и фотограф снимает вас вместе с другими людьми, он имеет право поместить такую фотографию в журнале.
– Это понятно, – перебила она его, взглянув на свои часики. – Вы правы. Видимо, я не с того начала, но, насколько я поняла, человек, который не хочет огласки, все-таки имеет право на неприкосновенность личной жизни?
– За известными исключениями – да.
– А что вы скажете о человеке, который участвует в конкурсе красоты?
– Выставляет свою кандидатуру? – спросил Мейсон.
– Да.
– То же самое относится и к этому человеку.
– И как долго может продолжаться это положение?
– Во всяком случае, такой человек неизбежно получает известность в ходе конкурса… Как вас, кстати, величать: мисс Эйдер или миссис?
– Мисс! – сказала женщина резко.