Днем он ходил в свитере. Солнце уже ушло из дома, и в помещении стало холодно. Убит он был до того, как стало необходимо затопить печь."
"Мистер Сейвин впустил в дом убийцу, потому что он хорошо знал этого человека. Однако у него имелось основание кого-то опасаться. И он попросил жену достать ему пистолет. У убийцы, несомненно, имелось свое оружие, но, войдя в дом, он увидел пистолет, лежавший на тумбочке около кровати, и сразу же сообразил, насколько выгоднее застрелить Фремонта Сейвина из этого пистолета.
Сержант Голкомб заерзал на стуле, но тут же заявил:
— Я не поверю, что убийца Стив Воткинс. Вы придумали контрмеры, чтобы вызволить Элен Монтейз.
— Я спросил, что неверного в моей теории?
— Все решительно!
— Укажите нам хотя бы на одно расхождение между нею и известными фактами.
Сержант разразился язвительным хохотом.
— Каким образом, объясните, мистера Сейвина могли убить днем в понедельник пятого сентября, если он звонил из города своему секретарю с переговорного пункта в десять часов вечера и разговаривал с ним?
— Он не мог этого сделать, — четко проговорил Мейсон, — по той простой причине, что был мертв.
— Сознайтесь сами, что ваша теория разлетается, как… постойте… э-эх… тогда же выходит, что…
— Вот именно, сержант! Убийцей является Ричард Вейд.
Шериф вскочил со стула.
— Где Ричард Вейд? — крикнул он.
Присутствующие стали оглядываться. В заднем ряду, возле выхода, поднялись двое.
— Вот только что вышел молодой парень, он сидел рядом с нами. Может, это и был Ричард Вейд?
Коронер громогласно объявил:
— Дознание откладывается на полчаса.
В зале творилось нечто невообразимое. Все повскакали с мест, кричали, жестикулировали, заполнили проход, пытаясь первыми протолкаться к выходу.
Шериф развил бурную деятельность, отдавал приказы своим подчиненным:
— Звоните в отделение, установите немедленно наблюдение за всеми дорогами. Сообщите городской полиции…
Мейсон повернулся к Элен Монтейз и улыбнулся:
— Потерпите, теперь уже осталось немного.