Дело о пустой консервной банке

В прихожей горит свет, и открыта дверь спальни. Я прошел туда, в прихожую, а другие ребята занялись гостиной и столовой. Естественно, ты, наверное, понимаешь, что оружие у меня наготове. Ну вот, подхожу ко второй спальне. Она открыта. Заглядываю внутрь. Вижу голову женщины, седые волосы, разметанные по полу. Левая рука вытянута, в правой – оружие. Зову остальных, потом подхожу ближе, чтобы проверить, мертва ли она. Потом мы проходим по дому и ждем тебя. К этому времени у меня оружие уже на взводе, я нервничаю. Никаких признаков твоего присутствия нигде не находим, тогда я звоню в полицию и говорю, чтобы они связали меня с патрульной службой и уведомили также отдел по убийствам.

– Мою фамилию упоминал?

– Да нет. Как-то не посчитал нужным это сделать. Понимал, что они будут разбираться очень тщательно. Тогда я еще думал, что это самоубийство.

– А сейчас так не считаешь?

– А черт его знает, что считать сейчас. Я начинаю склоняться к версии об убийстве.

– Что сказала полиция?

– Они поинтересовались, как я оказался в том доме в такое время ночи и как я обнаружил труп.

– И что ты им ответил?

– Ты знаешь, – извиняющимся тоном сказал Дрейк, – у меня было всего несколько минут на размышление после вызова штаба, после того как со мной связались офицеры патрульной службы. У меня не было времени обдумать абсолютно безупречное сообщение. Можно было подшлифовать его, если бы я располагал чуть большим временем. Я…

– Ну, и что ты ответил? – спросил Мейсон.

– Абсолютной уверенности в том, что произошло, у меня не было.

По первой оценке ситуации все выглядело так, будто это чистое самоубийство. Поэтому я сказал полицейским, что мне позвонила одна женщина и сказала, что хочет передать мне кое-что, пока не поздно, и что если я быстро приеду по этому адресу, то получу это «кое-что», связанное с убийством Хоксли. Это меня, естественно, заинтересовало, сказал я.

– Да, – ухмыльнулся Мейсон, – лучшего ты не смог и придумать за всю ночь, Пол.

– Ты недооцениваешь слабого звена в этой цепи, – покачал головой Дрейк.

– Чего именно?

– Я и не знал, как им сказать, почему я так замешкался после получения сигнала. Я ведь не предполагал, когда этой даме вздумается нажать на спусковой крючок, но рассчитал, что это должно было произойти после того, как она позвонила тебе по телефону. Но медицинское освидетельствование показало бы, что она уже мертва где-то около часа, прежде чем я уведомил полицейских. Это было бы, согласись, не очень ловко.