У нас с Управлением полиции прекрасное взаимодействие, но трения между двумя службами иногда случаются… И они очень нежелательны для плодотворной работы. Лейтенант Трэгг – одна из ключевых фигур, мы во многом от него зависим. К тому же, лично мне он глубоко симпатичен. И теперь ситуация: с одной стороны – абсолютно неопровержимые, прямо-таки железобетонные доказательства прямо указывающие на его виновность, вдобавок об этом деле во всю раструбили газеты. С другой стороны – вы взялись защищать Трэгга.
– Так что вы, все-таки, хотите от меня? – спросил Мейсон.
Окружной прокурор сделал глоток из бокала, затушил сигарету и сказал:
– Буду играть с вами предельно честно, Мейсон. Обвинение Трэггу еще не предъявлено.
– И?
– И я хочу, чтобы вы прямо сейчас убедили меня в его невиновности. Если дело дойдет до процесса… и вы выиграете, то я заполучу себе смертельного врага вместо верного товарища. Я этого не хочу.
– То есть вы предлагаете, чтобы я вывалил вам сейчас свои соображения и доказательства, чтобы подготовиться и разбить их на процессе? – усмехнулся Мейсон.
– Если _в_ы_ убедите _м_е_н_я_ сейчас, – сказал окружной прокурор, – то через полчаса лейтенант Трэгг выйдет на свободу.
– Гамильтон, причем здесь справедливость и ваше предложение? Вы боитесь проиграть – вот и все.
– Нет, Мейсон, вы прекрасно знаете, что не боюсь. А вот для вас драматический эффектный процесс – воздух, без которого вы не можете жить.
– Ну, – дурашливым голосом произнес Мейсон, – _т_а_к_о_й_ процесс, действительно, не повредил бы моей репутации…
– Сколько нервных клеток вы потратите, вынуждая нас на этот процесс – и своих и моих.
– Тратить нервные клетки для защиты клиента – моя работа, – ответил адвокат.
– Да у вас, оказывается, ничего нет по этому делу, Мейсон! – воскликнул Бергер. – Вы блефуете! Если вы можете доказать, что Трэгг невиновен – ответьте честно. Если нет – закончим на этом разговор.
– Хорошо, – признался Мейсон, – я торговался по привычке.