– Потому что в любой угрожающей ситуации я всё равно поступлю так, как посчитаю необходимым, и наши отношения пострадают куда меньше, если ты предварительно не наложишь запрет на эти мои действия. Скажи, ты сама намерена спрашивать моего согласия на те свои поступки, которые сочтёшь нужным совершить в связи с профессиональной необходимостью, к примеру? Когда тебе потребуется сотворить ужасно ядовитое зелье со смертельно ядовитыми парами или выехать на место преступления, где эти пары ещё не развеялись?
Аманда вспомнила о своём назначении на роль приманки для маньяка и промолчала.
Её молчание расценили верно. Губы Габриэля на миг сурово сжались, потом он мягко коснулся её волос и прошептал:
– Доверять и поддерживать, даже если с чем-то не согласен, по-другому ничего не выйдет. Верю, что принципиальных неразрешимых противоречий между нами не возникнет.
– Заблокировать вызовы от шефа полиции невозможно, систему против стороннего вмешательства устанавливали профи экстра-класса под руководством самого мастера, – просветила Аманда, соскакивая с колен... жениха. Ей надо почаще повторять себе это! – Что случилось, шеф?
– В крупнейшей парикмахерской Бакхеда, принадлежащей ведьмам Атланты, на конкурсе молодых стилистов одна из участниц неудачно смешала ингредиенты краски для волос! Срочно вылетай, там вопрос жизни и смерти!
– Это всего лишь краска для волос – ею невозможно убить человека, – раздражённо вмешался Габриэль, которому злостно испортили романтическое начало обручения.
– Вы недооцениваете ведьм, господин граф. Впрочем, это уже давно понятно. Аманда, ты вылетела или нет?! Из плошки с краской валит сизый едкий дым, заполняющий все помещения и вызывающий у людей спазмы дыхательной системы.
– Вылетаю, – нахмурилась ведьма, седлая свою раритетную скоростную метлу. –Удачного тебе вечера, любимый! Мой, как видишь, уже на славу задался. Ты меня сглазил, когда про ядовитые пары заикнулся.