Капкан для двоих

Бывший сотрудник или действующий? Отголосок старой вражды или мой личный враг?

К машине спешит Карина, как всегда, не одна, верный хвост – подруга – бежит рядом. Аня хоть и шумная, но меня не раздражает. Я давно пробил о ней все что можно, ребята за ней следили, прослушку вели, все переписки собрали – чиста. Действительно Карину любит и горой за нее стоит. Я только рад, что у моей выдрочки есть такой человек рядом. Меня еще помотает по командировкам, контракт раньше времени я не закончу, нужен кто-то, кому Карина может доверять.

Сложись все в моей жизни по-другому, не стал бы подвергать выдрочку тревогам. Ее хочется любить, нежить, баловать и воплощать в жизнь все те эротические фантазии, что разрывают на части. Фантазии, которые закаливают мой контроль сильнее, чем тренировки на выживание. Карина мой ад и рад, мой единственный сильный наркотик, моя слабость и моя сила. Три года я держал себя в жестком капкане, но всегда знал, что сорвусь. Не смог бы отдать ее другому.

Не показывая боли, выползаю из тачки.

Мой внедорожник отправили «на реабилитацию». Обещали в короткие сроки вернуть ему прежний вид и установить дополнительную защиту, пока же придется ездить на спортивном автокаре. В гараже у меня две такие тачки, иногда подумывал продать, потому что почти не пользовался, но одна вот пригодилась.

– Амир, – утыкается в грудь, прячет лицо. Прижимается крепко, а я чувствую, как дрожит. Хрупкая, маленькая, напуганная. Я на куски голыми руками разорву эту сволочь, когда до него доберусь.

– А ну, – делаю шаг назад, подцепляю пальцами подбородок и поднимаю к своему лицу.

Твою же… дивизию! Глаза припухшие, заплаканные. Слезы до сих пор блестят, готовые сорваться в любую секунду. За каждую из них готов весь мир поставить на колени, зубами глотки перегрызть. – Прекращай, – стараясь контролировать злость в голосе. Напугаю еще. – Со мной все в порядке, – боль в ребрах совсем не беспокоит. Я и так к боли равнодушен, а в данной ситуации каждая клетка настроена на присутствие любимой девочки.  – Ты чего меня раньше времени оплакиваешь? Я планирую еще лет пятьдесят мозолить тебе глаза… и не только глаза, – добавляю чуть тише на ухо.

Глаза Карины вспыхивают, когда до нее доходит. Засмущал свою красавицу. Глаза теперь блестят не от слез. Повело. Да, вот так, моя красавица. Знала бы ты, как меня от тебя штормит, как твоя нежность и красота вгрызаются в душу, как сводит с ума невинное тело. Знать, что никто кроме меня не дотрагивался до тебя и не дотронется.