— Кстати, ты уверен, что за нами не будет погони?
— Напротив, погоня непременно будет и весьма масштабная. Думаю, наш план уже раскрыт. Но не волнуйся, Медок, мы не станем их дожидаться. Надеюсь, ты не рассчитывала, что мы сейчас преспокойненько доедем до дома?
По правде говоря, именно на это я и рассчитывала. Точнее, была уверена, что план таков. Однако после слов Гелиана стало очевидно, что шансы уйти так просто стремились к нулю.
— Тогда куда мы едем? — Спросила растерянно.
— В лес, — Коротко ответил демон.
— В лес?
— В лес.
— А конкретнее? — Психанула я.
— В самой чаще есть охотничья избушка, о которой никто не знает. Там нас искать не будут. Как только буря утихнет, Николай пришлет к нам доверенного человека.
— Избушка… — медленно повторила я, понимая, что в ближайшее время ценность простого водопровода возрастет в разы. — А как же еда, одежда?
На нас по-прежнему были вещи для торжественного приема. Красиво, но абсолютно не подходит для жизни в лесу.
— Все в багажнике, — успокоил Гелиан. — Ну и еще в самой избушке постоянно хранится запас консервов и крупы на всякий случай.
На этом сюрпризы не кончились. Чуть позже обнаружилось, что к охотничьему домику предстоит идти пешком. Демон свернул на еле заметную боковую дорогу, а через несколько минут тряски и вовсе остановился.
— Туда не подъехать на машине, — жизнерадостно пояснил он. — Так что переодеваемся и вперед. Что может быть лучше прогулки по свежему воздуху, Медок?
Я ответила ему, буквально в двух словах. К сожалению, аргументы не были приняты к сведению.
— Когда ты ругаешься, меня это заводит, — признался он, расплываясь в настолько очаровательной улыбке, что захватило дух."
"Бредя к пункту назначения, я в который раз поняла, что такая романтика диких лесов не по мне. Нет, я люблю прогулки по лесу, особенно за грибами и земляникой. Неспешные, наполненные созерцанием природных красот и светлыми мыслями… но не такие, где надо нестись по густым кустарникам, перелазить через сырой валежник, оставлять волосы на ветках, запинаться о корни.
Роскошный мужчина с копной светлых длинных волос, завитых в мелкие кудряшки, возник посреди чащобы, как видение.