В восемь часов вечера ни у кого не было сомнений в том, что освободить заложников мирным путем, пытаясь договориться с террористами, не удастся. Оставался лишь один вариант — силовой. Командир антитеррористической группы решил, что больше нельзя терять время. Его коллеги и глава нью-йоркской полиции снова взялись за изучение подробных чертежей здания. Полицейские внимательно изучили схемы воздуховодов. Здесь же находился и архитектор, проектировавший здание. ЦРУ и ФБР приняли окончательное решение начать штурм в девять вечера.
В четверть девятого вечера террористы предприняли неуклюжую попытку транслировать по телевидению свое выступление при помощи любительских видеокамер. Наконец им удалось добиться приемлемого изображения и сообщить в эфире о том, что они намерены взорвать здание. Разглядеть бандитов было трудно, потому что видеокамера дрожала в их руках, тем не менее на заднем фоне была видна большая группа заложников.
"Как только эта картинка появилась на экране, Эйприл внимательно всмотрелась в нее, надеясь увидеть среди заложников мать, но, увы! Она даже не знала, жива Валери или нет. Им ничего другого не оставалось, как ждать развязки драматических событий.
В полдевятого вечера план штурма был готов, хотя и представлял немалую опасность и для заложников, и для их спасителей.
Все соседние здания были эвакуированы еще несколько часов назад. Уличное движение в квартале было перекрыто во избежание последствий взрыва, которым пригрозили террористы. Возле здания остались лишь машины кризисных служб и полиции, и только те люди, которые имели непосредственное отношение к предстоящей операции, и несколько консультантов.