Все бездоказательно. Все со словами «наверное», «предположительно». Свидетельница Кробченкина? Кто ей поверит? Напридумывали вы чудес. Да, мы жили с Савой одно время рядом, и что? А ничего! Уйма лет прошла. Никому эта история не интересна. И где в ней преступление, а? Никита жив, счастлив с новой бабой. Предположим, вы правы. ДТП – красивый спектакль. Но тогда и жертв нет! Савелий и Настя сбежали. Человеческие останки, которые мы нашли, санитар из морга продал. Найдите этого парня, привлеките за торговлю ампутированными частями тела! Где убийца? Нет его.
Эдуард встал, ехидно улыбнулся и исчез за дверью.
Мы остались. Я первой нарушила тягостное молчание.
– В детстве Рябов очень нравился ребятам и учителям. Приятный мальчик, кудрявый блондин с голубыми глазами. Не знаю, кто придумал ему кличку: Милашка. Он таким и остался. Милашка Рябов, симпатичный, с обаятельной улыбкой.
– Милашка Рябов, – повторил Степан, – я не вижу в этом прозвище ни любви, ни уважения. Ты ошибаешься, Милашка Рябов изменился, теперь его следует именовать – Милашка на вираже!
Нормальный, наверное, мужик-то был, по прямой дороге шел. А потом захотелось ему денег, да побольше. На этой прямой, открытой дороге золотишко просто так не валяется, и показалось Милашке, что на кривой тропе оно повсюду лежит. Надо только съехать и подобрать. Вообще-то многие так считают, да не каждый на скользкий путь решится.
Эпилог
Когда мы сели ужинать, тетя Лида поинтересовалась:
– Почему невеселые?
– Тетя, не могут же Вилка и Степа весь день улыбаться, как дураки, – ответил за нас Жорик.
– На мой взгляд, человек с улыбкой как раз умница, – парировала Федина.
– Просто мы устали, – объяснила я, – день тяжелый выдался.
– Ну, тогда я порадую вас! – пообещала Лидия Федоровна. – Через два дня…
Мои губы сами собой растянулись в улыбке. Я люблю тетю Лиду, но хорошо, что она собралась уезжать!
– …Жорик начинает работать в фирме, его взяли на должность конструктора игрушек, – продолжила наша гостья. – А я решила тоже перебраться в Москву.