Я нахмурилась, а он продолжил с издевкой:
– Предположим, вы пошли с ним в торговый центр. И он решил купить тебе какую-то безделушку. Ты долго выбирала, а он тебе помогал и прижимался все ближе, все теснее, пока ты не решила, что он ведет себя совершенно неприлично, и ты предложила купить безделушку в другой раз. Но ушли вы недалеко, парня так распирало, что он схватил в соседнем отделе первое попавшееся под руку платье и вместо с тобой отправился в кабинку для примерки. Где и трахнул тебя, не особо заботясь о конспирации.
Лукьянов продолжал смотреть мне в глаза, а я почувствовала, как кровь приливает к лицу. Он покачал головой:
– Твое молчание красноречивее слов, милая. Ты так прелестно краснеешь. На следующий день он подарил тебе подвеску в память об этом выдающемся событии.
– Ты что… ты… – глотнув воздуха, начала я не очень уверенно.
– Я не хожу за тобой по пятам, если ты об этом. Я бы рад, но… – Он развел руками. – Жаль, что пропустил эту сцену, но мне и описания вполне хватило.
– Описания? – не поняла я.
– Да. Твой муж не скупился на детали и яркие краски. Удивлена? Знаешь, мы иногда любим поболтать. Я достаю его рассказами о сыне, а он меня красочными описаниями, как тебя трахает, – развел руками Лукьянов.
– Сукины дети, – не сдержалась я и сразу же пожалела об этом.
– Вот-вот. Я терпеть не могу сравнений с этим типом, но кое в чем мы, безусловно, похожи. Он не ангел, милая, совсем не ангел. Где были твои глаза, когда ты шла с ним под венец?
– Как обычно, на затылке, – буркнула я.
– С чего ты взяла, что он лучше меня, а? Чем, скажи на милость? Я помню, у тебя ко мне были большие претензии, только твой Тимур…
– Прекрати, – перебила я. – Хуже, лучше… все это чушь. Мне пора. – Я поднялась и сделала шаг, но Лукьянов удержал меня."
"– Это и в самом деле чушь, – мягко согласился он. – Гораздо важнее, что ты здесь. Ладно, поговорим о деле. – Он вернулся в кресло-качалку и насмешливо наблюдал за моими попытками прийти в себя. – Насчет старой любви – в самую точку, – после недолгой паузы продолжил он.