Мои руки наткнулись на рваный проем в стене. Я нырнула туда, вперед и вниз, на острые осколки камня и хрустящую крошку. Ноги, оставшиеся по ту сторону дверного проема, утонули в песке, и тяжесть становилась каждую секунду все сильнее.
Я огляделась.
Это была ниша, или вернее, нора в каких-то развалинах. Когда-то это было помещение, но сейчас — клочья плит, куски дерева и стекла. Полутьма, запах гари и бензина. Снаружи доносились отдаленные звуки, напоминающие рев дорожных машин.
Боль в ногах не дала мне долго раздумывать над моим положением.
Рядом с проломом лежала короткая лопатка. Словно кто-то нарочно положил ее сюда. Я дотянулась до нее, но, развернувшись и перекрутив в этом развороте ноги, можно было только, одной рукой держа лопатку, отковыривать песок из пролома мелкими порциями.
Стараясь не расслабляться, я стала прислушиваться к внешним звукам. Мне показалось, что где-то совсем близко кто-то идет по развалинам. Я уже набрала воздуха в легкие, чтобы крикнуть, но услышала знакомый встревоженный голос:
— Катя, ты здесь?
— Здесь…
Человек спрыгнул в нору откуда-то сверху, сбросил с плеча сумку и присел рядом.
— Валера, какой же ты умница…
Он улыбнулся мне, хотя улыбка у него получилась слегка вымученная, видимо после того, как он увидел, наконец, своими глазами, с каким воплощением Кати ему теперь придется иметь дело.
— Почему ты не сказала мне, что собираешься бежать прямо сейчас? — укоризненно спросил он, отворачиваясь и начиная вытаскивать из развалин какие-то доски и балки.
— Я не подумала, что это необходимо.
— А если бы я не успел прорваться сюда? Знала бы ты, как я сюда летел. Еще хорошо, что была на примете перспективная дверь поблизости… — ворчливо отозвался Извеков, не прекращая работы.