Они медленно смыкали кольцо, и вот уже мы с Олегом оказались окружены самыми жуткими представителями райского населения. Это были невероятно большие собаки самых нелепых, несобачьих каких-то цветов, все с человеческими глазами, а в ногах у псов-оборотней толпились и поскуливали настоящие бродячие псы, казавшиеся полуслепыми щенками на фоне своих мерзких соседей.
— Так, — обронил Олег, принимая знакомую мне позу, означавшую, что он готов к любым неожиданностям.
— Олег, не надо спешить.
— Узнай, — зло отозвался Олег.
Человеческие шаги, гулко зазвучавшие в той стороне, куда скрылся серый пес, заставил меня оборвать перепалку. В гуще теснившихся псов возник Валерий. Он был совершенно такой же, каким я видела его в Раю. Ничего не говорило о том, что он только что прошел превращение. Его не прошибал пот и не охватывала слабость, как это было с зомби.
— Катя, можно тебя на два слова! — вежливо поклонился он.
Олег напрягся. Он готов был взорваться от следующего же слова Извекова.
Я двинулась вперед. Олег не выпустил мою руку, но и не произнес ни слова. Молча он давал мне понять, что не собирается отпускать меня на переговоры с Валерием. Я обернулась на него. Олег даже не бросил на меня взгляда, все его внимание было приковано к Извекову и его разномастной своре.
— Олег…
Он закусил губу, прищурился, и, не меняя позы, тихо произнес:
— Умоляю тебя, малышка, не осложняй мне задачу…
— Олег, он заинтересован во мне, он не станет нападать на меня, у него другие планы… Прикрой меня сзади, я подойду к нему.
Олег выпустил мою руку. Я снова повернулась к Валерию. Тот стоял и улыбался, наблюдая, как я медленно приближаюсь к нему.
— Поздравляю, — сказал Извеков. — С твоим мозгом мне не справиться. Тебе хорошо удалось игнорировать мою настойчивость. Сводить тебя с ума болью я не хочу, остается только договориться по-хорошему. Сашка сослужил нам с тобой плохую службу. Только себе он сделал хорошо. Теперь он там, где мечтал оказаться последние три года.