- Ты трахалась с этим дерьмом за эти документы? Я же тебя убью, сучка…
- Нет! Алекс! - Она мотает головой. - Нет! Ни с кем я не трахалась, хватит уже беситься!
- Я видел ролик…
- Я тоже! - Рычит Соня. - И еще твоя Милена не забывала похвастаться! Хочешь об этом поговорить?
- Какая ты стала дерзкая…
- Пошли уже!
И то верно. Кое-как натягиваю штаны и подхватываю папки, Соню и выметаюсь из комнаты с явным сожалением. Если я все еще хочу засунуть Давиду в зад ту херовину, это же не значит, что я голубец?
Меня никто не останавливает, не велено.
Хотя… в жопу!"
"Отбрасываю папку на задние сиденья, отодвигаю кресло и перетаскиваю Соньку, которая едва отцепила ремень безопасности на себя. Сначала я ее выдеру, потом все остальное!
И когда мой хер погружается в ее бархатную тугую глубину, врывается на полную, когда она насаживается на меня до предела и громко ахает мне на ухо, тут же еще разок подпрыгивая, чтобы утоптать его в себя до самого последнего миллиметра, я вдруг чувствую себя таким счастливым ублюдком, как никогда до этого!
Корпоратив снова удался
Говорят, если тебя сбросила лошадь, нужно тут же сесть обратно, иначе будешь до конца своих дней бояться упасть.
Наверное, они правы.
На мне очень узкое и очень короткое алое платье в пайетках, в подробностях очерчивающее мой семимесячный живот. Какие-то дикие извращенцы сделали коллекцию блядских платьев для беременных, и Алекс их все нашел. И приволок мне.
А я уж постаралась.
Выбрала самое открытое и короткое, не оставляющее ни единого шанса не заметить мою увеличившуюся грудь, выступающую холмами из декольте с соблазнительной ложбинкой между ними, мои раздавшиеся бедра при все еще узкой, увы, только со спины, талии, мои ноги, кажущиеся бесконечными из-за туфлей на «безопасной» платформе.
Уже неважно, какая там на мне помада, а она волнующе красная, какие у меня кошачьи глаза, какой баснословной цены ожерелье на шее.