Посему сейчас и, правда, следовало потренироваться играть с огнем!
— Парень, с которым я впервые поцеловалась, — это Влад Вишневский, — уверенно выпалила и лишь отсутствие у меня дыхания выдавало то как тяжело дается, что Марк уже целых две минуты не печатает ничего в гаджете, а просто тупо пялится в него. Ага, работает он! Я слышала это краем уха, пока не отрываясь смотрела в глаза Дмитрию Геннадьевичу, практически не моргая. Это была сущая мука! — Мне было четырнадцать. Лучший друг, Никита, привел меня с собой к Владу на день рождения.
— И что вы сделали? — нетерпеливо спросил он, словно зная, насколько это больная для меня тема.
Фыркнув, я принялась судорожно закручивать на палец русые локоны. Нет, я никогда не могла себя назвать хорошим человеком, но в тот вечер отличилась особенно…
— Сперва не поверила Вишневскому, уговаривала себя и его, что Никита испытывает ко мне исключительно дружеские чувства.
Ноутбук резко хлопнул, но на Гранта взглянуть я не решилась. Слишком страшно.
— И в тот вечер вы лишились девственности? — не унимался юрист, задавая вопрос, который казался ему логичным. Что-то со стороны Марка подозрительно хрустнуло, но мне сейчас было не до него. — Ну же, Алиса. Нам нужно выработать у вас иммунитет к сложным морально темам. Готовы так быстро отступить? Только скажите и мои вопросы прекратятся. Стимул бороться должен быть у вас, а не у меня.
— Нет! — практически рявкнула я. — Ни тогда, ни еще когда-либо я девственности не лишалась. Она и сейчас со мной. Довольны?!
Внутри закипала злость. Но не на мужчину напротив, а на себя. Почему такие простые вопросы полностью лишают возможности нормально мыслить?! Неужели мои амурные дела важнее компании Воронцовых и Грантов?!
— А как же Дэвид? — все с тем же напором продолжил юрист.
На секунду я замешкалась.