До жути не хотелось открыть глаза, да они и не слушались, отказываясь быть прямым свидетелем вакханалии вокруг:
— …Грант, а ты тот еще придурок! Даже не ожидала… — звонкий голосок Юли каждый раз отдавал шумом в виски. По ощущениям, девушка сидела у изголовья постели и даже держала меня за руку. Кажется, даже на лбу была какая-то тряпка… Что же, соглашусь, слабое охлаждение шло на пользу и немного успокаивало головную боль. — Потащил несовершеннолетнюю девчонку в клуб полуголую, да еще и потом принес в дом без сознания…
— Она.
— Что значит ""закрой рот"", дорогой?! — неподдельно возмутилась его девушка и, сделав голос более напористым, закричала: — Ты напоил маленькую девочку до потери сознания!! Ты вообще знаешь, что за это можно посадить?! Я вот знаю, дружок. Папа рассказывал."
"— Она сама… То есть, как я мог знать, что ее так развезет?.
Что же, по крайней мере узнаю, как провела вчерашний вечер! Моя голова отчаянно отказывалась рассказывать хозяйке подробности ""вечеринки"".
— Любимый, мы просто не можем оставить ее в таком состоянии! — спустя долгое молчание Юля-таки встала с постели и направилась в тот угол, где судя по всему, стоял Грант.
Что-то в комнате разбилось и судя по всему, дверь слетела с петель. Я сама вздрогнула от страха, не решаясь даже дышать, что уж говорить за захныкавшую Юлю?
— Завтра утром самолет. Еще раз заговоришь со мной, сдам твой билет в бизнес-класс и поедешь домой автостопом.
Это не был голос Гранта. Скорее рык животного перед финальной схваткой с врагом. Только вот… Что могло бы такого произойти вчера, что он рвет и мечет? Ради такого стоило напрячь извилины и попытаться встать с постели.
Увы, лучше мне не становилось. Я было грешила на отравление, но Юля убедила меня, дескать, это типичная реакция детского, совершенно не подготовленного, организма на алкоголь.
Кроме того, брюнеточка не отходила от меня ни на шаг. Если бы я не ненавидела ее каждой фиброй души, то даже расценила это как заботу. А так… от ее не закрывающегося рта голова фонила без остановки.