Но больше всего, когда мы, поднявшись по лестнице, заходим в салон самолёта и я в очередной раз слышу, как обращаются к Аллигатору, меня в очередной раз вводит в недоумение это обращение ""босс"".
Он для всех, кроме меня и Даши – только и исключительно ""босс"". Почему? Что такого в том, что тебя называют по имени, или раз ты такой важный, по имени–отчеству?
И, главное, узнать не у кого. Ни то, как его зовут по–настоящему, ни почему яхту свою он назвал так, ни то, почему называет себя тем же прозвищем. Разве что у Ивана.
Но Дашка ведёт себя сейчас так просто потому, что Аллигатор ушёл в кабину пилота. Когда он рядом, он далеко не так явно проявляет интерес к Ивану.
Интересно, а зачем Аллигатор вообще взял его с собой? Никуда не летает без охраны? Так ведь Иван – всего один, и к тому же Даша его явно отвлекает, если он летит с нами из этих соображений.
Одно я могу сказать точно: моё уединение в стороне меня сейчас очень устраивает. И очень гармонирует с моим состоянием. Когда тебе одиноко в душе, то общество людей, которым прикольно, заставляет тебя только почувствовать себя ещё более одинокой.
Сейчас мы в Москве. И уже шесть вечера. Как сказал Аллигатор: до Шри–Ланки нам лететь около 7000 километров и раньше завтрашнего утра мы там не появимся. К тому же джет будет дважды садиться до дозаправку.
"Одна мысль об этом вгоняет меня в тоску. А у Дашки, похоже, только радостное предвкушение. Не знаю, мне совершенно не нравится то, что происходит, хоть это, возможно, и выглядит, как чудесный уикенд двумя парами.
Но что я могу сделать против этого огромного, властного и жёсткого мужика? Тем более, что рядом всё время так или иначе находятся его люди. Да ничего. Пробовала уже. Сбегать. А вот с самолёта не сбежишь точно.