Кто я такой, чтобы не воспользоваться таким подарком.
– Что?
– В такие дни можно поэкспериментировать… – давлю на ее плечи, а она покорно садится на колени… – Ты замарала меня, я замараю твое лицо…
Она губки влажные облизывает, на член, качающийся перед ее глазами, смотрит.
– Что мне делать?
– Для начала помой его хорошо.
Она тянет к нему руки, но я их поднимаю над головой.
– Языком, Оль.
Глава 38
Я впитываю в себя ее невинный образ. Покрасневшие яблочки щек, дрожащие губы. А то, как она капли с них язычком слизывает, мне хочется запечатлеть и поставить в рамочку.
В моей жизни было столько минетов, что не сосчитать, но еще никогда меня не вело только от того, как девочка на коленях смотрит. Опускает длинные ресницы, вытаскивает язычок и касается кончика. Осторожно, почти бережно.
– Смелее, малыш, – одной рукой за стену держусь, второй щечку ее глажу. Черт, как она хороша. Всегда. Но сейчас особенно. Как послушная школьница, прилежно изучающая материал. Сосочки торчат, и я касаюсь одного, чуть сжимаю между пальцев.
Она отстраняется, сама уже задыхаясь. Облизывает взглядом мое тело, поднимает руки и царапает каменный торс, с ума сводит.
Мы стыкуемся взглядами и плавимся, но женщинам нельзя думать, они начинают думать не о том. Вот и сейчас. Вместо того, чтобы в рот взять, она хмурится. Парадоксально.
– Игнат, а все-таки… Что изменилось…
– Оль. Если честно, я сегодня так заебался, что хочется серьезные разговоры отложить на завтра. Это, – показываю на свой вставший член, – может подождать.
Вру конечно, кончить хочется так, что сдохнуть можно. Но, если она не готова…
– Стой, – она не дает мне отвернуться, хватает рукой. Плотным кольцом. Почти до боли. – Я хочу сделать это. Я думала об этом, но давай сначала поговорим… Пожалуйста…
Она лукаво прикрывает глаза. Боится. Но гораздо сильнее боится того, что я снова и снова буду откладывать разговор.
Пиздец, конечно. Еще никогда я не соглашался на вынос мозга ради минета.