Руслан повернул голову в сторону застывшей в дверном проеме Кати.
— Иди ко мне.
Три слова. И сказал спокойно, а Катю пробрало до костей.
Завтра… Завтра она с ним обязательно поговорит.
Потому что послезавтра может быть поздно."
"Катя не стала улыбаться в ответ, не стала выжимать из себя улыбку. Коваль, как зверь, чутко реагировал на ложь. Иногда девушке начинало казаться, что он в ней особо ценил её умение говорить правду.
Катя шла к кровати медленно.
А генерал уже возбудился. Его член налился кровью, розовая головка чуть покраснела, выпустив из небольшого отверстия жемчужную капельку.
Большой. Катя до сих пор поражалась, как она умудряется его принимать в себя.
Как и другие женщины, ответил циник в её душе. Катя снова не строила иллюзий.
Ни в отношении себя, ни в отношении сегодняшней ночи.
Коваль сдерживался. Она интуитивно это чувствовала и откровенно опасалась того момента, когда он сорвется, когда ему надоест «давать ей передышку».
Жесткий, даже жестокий.
Катя не стремилась его разгадать. Не за чем. Она временное явление в его жизни.
— Пришла в себе?
Его вопрос подтвердил мысли Кати, что он считывает её, как открытую книгу. И с ним ни в коем случае нельзя врать.
Ей — точно.
— Не совсем.
Катя подошла к кровати и встала сбоку.
Лишь его грудь, ритмично поднимающаяся и опускающаяся, выдавала истинные ощущения и жажду.
Он затеял свою игру…
Катя должна будет подчиниться и соответствовать.
— О чем думала, когда рассматривала меня?
Ещё один вопрос.
Зачем?…
— Что ты красивый и сильный. Что нравишься женщинам, — она ответила, как есть.
Не делая паузы, давая понять, что не подбирает слова, выискивая нужные.
— Интересные мысли, — хмыкнул Руслан, меняя позу.
Катя предвидела такой вопрос. Он логичен, после её слов.
— Не знаю. Ещё не решила.
— Даже так, — теперь его усмешка напоминала оскал.
Странно другое — вот она ни сколько не встревожила, не напрягла Катю. Девушка даже удивилась сама себе. То вздрагивает и тушуется от одного хмурого взгляда, то реагирует совершенно спокойно.