— Откуда это? — Я покачал головой, не в силах сформировать основные связные мысли. Это казалось важным. Даже монументальным. Но мой мозг - и тело - подвели меня.
Комната закружилась, цвета и формы смешались в головокружительный калейдоскоп. Я знал, что через час забуду этот разговор. А еще хуже - что все это мне привиделось.
Но, должно быть, это пришло ко мне не просто так. Может быть, где-то в глубине души мне нужно было это услышать.
— Твой брат вбил мне вчера в голову кое-какие мысли.
— Себастьян?
— Он написал мне в FaceTimе.
Тошнотворная боль поднялась из того места, которое, как я думал, уже зажило.
Я застонал, уткнувшись в свой стол.
— Эта галлюцинация ужасно похожа на интервенцию.
Папа собрал мои руки в кулаки и рассмеялся.
— Олли?
— Да, папа?
— Я знаю, что мы ужасно умеем это показывать, но мы с мамой любим тебя.
В комнате воцарилась тяжелая тишина.
Я вспомнил, когда в последний раз слышал эти слова. Двадцать пять дней назад. От Брайар.
Единственной женщины, способной сделать то, что никогда не удавалось ни одной корпоративной сопернице.
Сломать меня.
94
Брайар
День испытаний двадцать шестой
Даллас Коста: Я знаю, что ты не увидишь этого еще пятьсот лет (и что это делает меня полным нарциссом), но Оливер был несчастен с тех пор, как ты уехала.
Фэрроу Баллантайн-Сан: Согласна. Как бы мне ни нравилось видеть мужчин, падающих к ногам женщин, это действительно печальное зрелище.
Даллас Коста: Ты уверена, что у вас двоих все получится на расстоянии?
Фэрроу Баллантайн-Сан: Отлично. Мы поняли. Мы больше не будем об этом говорить.
Даллас Коста: Мне кажется, или это странно - разговаривать с Брайар, когда мы знаем, что она не ответит на эти сообщения?
Фрэнки Таунсенд: ХММ... КАК БУДТО ЭТО НЕ ВЕСЕЛО, КОГДА ТЕБЯ ИГНОРИРУЮТ В СООБЩЕНИЯХ.
Фэрроу Баллантайн-Сан: Эй, смотрите, кто нашел кнопку caps lock.
Фрэнки Таунсенд: не смешно. быть ледяным - это отстой. клянусь, быть агентом влияния - это настоящая работа.
Фэрроу Баллантайн-Сон: На следующей неделе у меня выходной.