Конечно, она поедет! И конечно, полезет сама – какие там замечательные ребята! О чем вы! Никому она не доверит свой драгоценный колчан вождя, и будет стоять на коленках, пыль веков сдувать, и заставит охрану на руках тащить в Москву ящик со своим сокровищем, и ночей не спать, не давая покоя специалистам-реставраторам, и вмешиваться, и анализ перепроверять станет сама, забывая обо всем!
И он любил ее всей своей перемешанной с ней кровью!
Им надо прожить, наверстывая пропущенные восемнадцать лет, и рассказать друг другу все про свою отдельную жизнь, приобретая совсем другие, совместные, разные воспоминания, и еще восемнадцать, если бог даст, чтобы вспоминать уже новые события и обрастать новыми историями.
Он поцеловал свою неугомонную профессоршу, которая «ни черта не знала про то, что надо просить и требовать у мужа», положив руку на беременный его сыном живот.
А Осип тихо растворился за дверью."