– Да, это я, – подтверждаю я, сердце сжимается от нехорошего предчувствия.
– Это из городской больницы, ваша мама поступила к нам в критическом состоянии, вы указаны в качестве…
– Что произошло?! Я… Я сейчас же приеду! – в панике верещу я, не в состоянии уловить смысл того, что пытается сказать мне девушка.
Еле-еле удается собраться и записать адрес больницы, чтобы тут же поймать такси и поехать туда.
Правда, там меня не ждет ничего хорошего. Врач отделения только разводит руками и советует как можно скорее провести пересадку сердца.
– Могу я ее увидеть? – убитым голосом спрашиваю я, на что получаю отказ.
– Она в реанимации.
Я лишь киваю и, выйдя во двор, сажусь на лавочку. Денег на пересадку у меня нет. Сама операция стоит полтора миллиона, и столько же просит врач за то, чтобы продвинуть нас в очереди. Плюс реабилитация, лекарства и многое другое, что понадобится маме после подобной операции.
Где я найду такие деньги? Кто мне их даст?
«Они платят такие деньги…» – всплывает вдруг в голове голос Лизы. Я тупо моргаю, смотря в пустоту, не веря, что думаю об этом. Но разве есть выбор? Мама ведь умрет, если я ничего не сделаю!
А неделя в качестве шлюхи какого-то зэка…
Разве это много за жизнь самого близкого и родного?
***
– Условия-то выслушаешь? – отойдя от первоначального шока, в который я его ввергла, спрашивает мой шеф.
– Нет, – качаю головой, боясь, что передумаю.
– Отлично, тогда готовься. С тобой поедет Света…
– Нет! – тут же возражаю я. – Мне нужны все деньги.
– Чего-о-о? – приподнимает брови Джавед, явно позабавленный моим заявлением. – А ты уверена, что потянешь?
– Потяну! – уверенно киваю я. – Мне нужны эти пять миллионов, и я готова на всё, чтобы получить их!
– Хм-м… Ну раз ты в курсе всего, любительница подслушивать, я, так и быть, пойду тебе на уступки, очень уж моя Лизка к тебе благоволит, – задумчиво осматривает меня он.
– Без… Без телефона? – выдыхаю я.
– А ты как хотела? Не на курорт же едешь! – смотрит на меня как на последнюю дурочку шеф.
– Хорошо, – с трудом сдерживая истерику, киваю я.
– Жду тебя завтра в двенадцать.
– А как же деньги? – поняв, что разговор окончен, спрашиваю я. – Мне нужно три миллиона сейчас.