Билетов в эконом уже не было, но Марк боялся, что, если он и в этот раз промолчит и ничего не сделает, кошмар повторится. Он до сих пор помнил, как Саша выходил от него в ту ужасную ночь, пошатываясь и глупо смеясь над чем-то. Им было весело, им было хорошо. Все проблемы казались надуманными, будущее светилось и переливалось, как северное сияние, которое иногда появляется в небе Питера, чтобы удивить, как говорится, жителей и гостей Северной столицы.
– Может, останешься? – спросил Марк тогда сквозь смех, но вопрос носил скорее формальный характер.
Марк не стал настаивать.
Ирина никогда не сказала ему ни одного слова, не обвинила его ни в чем, не задала ни единого вопроса. Но все это читалось в ее глазах, в изумрудном омуте, полном отчаяния.
Марк купил билет не задумываясь. Он должен был найти Ирину и Сашину дочь. Один час и сорок минут. Плюс-минус десять минут. Ровно столько длится перелет из Санкт-Петербурга в Москву, но, по его ощущениям, этот полет длился так же долго, как и радищевское путешествие.
– Может быть, вам принести газету? – спросила стюардесса, глядя с неодобрением, как Марк нервно постукивает ногой.
– Нет, не надо.
– Давайте положим еще одну подушку? – не отставала она. – Мы скоро уже начнем снижаться. Прогноз хороший. Солнечно! – И она улыбнулась. Только теперь до Марка дошло: бедная девушка решила, что он боится летать. Нет, милая. Я боюсь совсем другого.
Он набрал номер Ирины, как только колеса самолета с гулом покатились по взлетно-посадочной полосе. Что за мужик отвечал вместо нее? Мужика только не хватало. А впрочем… Даже хорошо. Вряд ли Саша был бы против. Он был не из тех эгоистов, которые хотели бы, чтобы их любили вечно, даже в их небытии.
Ирина не создана для одиночества. Она, скорее, создана для того, чтобы смотреть на людей добрыми, немного насмешливыми глазами и гладить лежащего на коленях кота.
– Ира, я сейчас иду на пересадку.
– Куда ты едешь в Ростове? – спросила Ирина в ответ. Так, во всяком случае, он расслышал."
"– Мы оттуда в Ейск. Это около ста километров или чуть больше. Еще пара часов. Нас там ждут уже. Дом под наблюдением, Ира. Не беспокойся, я тебя буду держать в курсе.
– Что? Я не слышу! – И вдруг Марк услышал, что Иринин голос стал тише.