– Сам посмотри! – потребовала она. Иван подхватил каталог и скосил взгляд на фотографию. – Это же фотография твоего оригинала, да?
– Ну… да, каталоги же мы не переделывали. Их еще в Москве верстали.
– Тогда – вуаля! – твоя картина нашлась. Я же все отлично помню! На копии внизу – вот здесь – ты долил больше синего. А тут – нет. Я видела, как ты писал эту копию. Я еще подумала, что ты делаешь невозможно плохие копии, потому что тебе все время хочется что-то изменить. Художника-то ведь не выключишь!
– Ты ничего мне не говорила! – растерянно пробормотал Иван.
– Не хотела тебя обижать, – пожала плечами Ира. – Я же не знала, что ты пишешь копию взамен украденной картины. Думала – просто второй экземпляр. Кому-то еще. Бизнес. Подумаешь, на копии будут маленькие детали… Вон, посмотри сам. Тут у тебя облако было светлее на копии. Не помнишь? Не намного, но все же. А тут – идеальное соответствие.
– Ты права! – ахнул Иван, всматриваясь в полотно, приехавшее из Москвы. – Это оригинал! Но… это же невозможно! А где же тогда копия?
– Я так понимаю, тебе об этом стоит у Сергея спросить, – бросила Ирина, переходя к другой картине.
– Вот прохвост! – И Иван хлопнул себя по бокам ладонями.
– Ладно, Ванька, давай выбираться отсюда. Мне, если честно, отсюда маму на площадке видно не очень хорошо.
– Что? Так вот ты чего на окна постоянно косишься!
Иван подошел к окну и увидел, что через жалюзи действительно было видно часть детской площадки, куда ушла Мария Николаевна. Иван улыбнулся, кивнул и поспешил за Ириной – на выход. Какие-то вещи изменить уже не получится, их просто придется принять такими, какие они есть. Не так уж и сложно. У всех ведь есть прошлое. О чем речь, у самого Ивана в Москве сидело его прошлое – его Наталья. А это ведь похлеще ядерной бомбы! И им всем теперь с этим жить.
"Иван подхватил из прихожей маленькую синюю шляпку, забытую Ириной, и вышел за ней на улицу. Это очень хорошо, что у Ириной мамы в запасе так много шляпок. Красиво. Сквозь плотные питерские облака внезапно пробился нежный октябрьский солнечный лучик. Дождя не будет, пока не сменится ветер.