"
"Джон Дональд вернулся к своим обязанностям — гроза миновала — и придержал нам дверь. На этот раз мы вышли не в сад, а в соседнюю комнату, и королева не стала садиться, может, в такие короткие моменты она могла позволить себе быть человеком, не подчиненным тысячам правил.
— Простите за это все, Сью, — просто сказала она, повернувшись ко мне. Я вздрогнула — сложно представить себя кем-то, у кого просит прощения сама королева, но мне не послышалось. — Я точно так же, с глазу на глаз, скажу и комиссару, и Джону.
— Но вы знали все с самого начала, ваше величество?
Дерзкий вопрос, который я не могла не задать. Это многое объясняло.
— Я…. — королева улыбнулась, коснувшись рукой моего эполета. — Я все же не зря училась, милая Сью. И если в каком-то поступке, каком-то проступке на первый взгляд нет ни резона, ни логики, надо взглянуть во второй раз? Единственное, что объясняло демарш господина Томаса с сердцем, это попытка притвориться умалишенным.
Она улыбалась, и я улыбнулась в ответ.
— Выходит, вы знали про руки и сердце? — упавшим голосом спросила я. — Вы догадались по этому сериалу?
— Вы в самом деле не смотрели его? — искренне удивилась королева. — Я ни с кем не делилась своими догадками…
Подумать только, что эта женщина раскрыла дело быстрее всех нас. Мы еще осматривались, а она уже расставила фигуры на доске. Сделала все так, чтобы Томас не ушел от наказания за растраты и махинации.
— Я рада, что вы меня поняли правильно, майор Мэрианн. Ваше участие в этом деле будет отмечено.
Потом я не раз спрашивала себя, происходит ли что-то в этих стенах тайком, остается ли хоть слово в секрете. Королева подошла к двери, не к той, которая вела в комнату, откуда мы вышли, к другой, дверь перед ней распахнулась, а потом бесшумно закрылась.
Глава сорок шестая
Томаса успели уже увести. Джон Дональд и аудитор Анабель тоже ушли, Брент подпирал стену, а Руперт, Эндрю и комиссар тихо беседовали между собой. На мои шаги они обернулись.
— Обвинительное заключение я буду писать вместе с Управлением Хищений, — обрадовал меня Руперт, и вид у него был немного унылый.