Вика замахнулась, хотела отвесить мне пощечину, но я отвел ее руку в сторону.
— Можно подумать, ты Альку любишь?! Ты вообще никого не любишь, кроме себя! Ты ведь с ней даже не спишь! Тебе секс с ней противен!
— Мне не то что секс с ней противен, я просто не могу трахать родственницу.
— В том-то и дело, что она как родственница, а тебе нужна любимая женщина. Если меня сейчас не любишь, это не значит, что не полюбишь потом. Я все буду делать! Я постараюсь! Обещаю! Я буду тебя боготворить! Ты добытчик, а я твоя любимая женщина! Не верю, что ты ко мне ничего не чувствуешь! Ты специально так говоришь.
— Что ж ты, такая писаная красавица, себе свободного бизнесмена не найдешь?
— Да потому что тебя люблю! Только тебя! Когда у вас с Алькой все закрутилась, я влюбилась в тебя без оглядки. Ты же хорошо это знал и чувствовал. Помнишь, какими глазами я на тебя смотрела, когда у вас свидетельницей на свадьбе была?
— Помню, как на свадьбе тебя трахнул мой свидетель.
— А что мне оставалось делать, если ты женился на моей подруге?
— Знаешь, Вика, если честно, я жалею, что с тобой связался.
Только я встал и направился к входной двери, как Вика бросилась следом за мной и стала молотить меня по спине.
— Ненавижу! Как же я тебя ненавижу! Будь ты проклят! Сволочь!
— Отстань, дура, сумасшедшая! — прошипел я и оттолкнул ее с такой силой, что она упала и ударилась головой о стену.
Убедившись, что Вика жива и с ней все в порядке, я распахнул дверь и выскочил на лестничную площадку.
Глава 7
— Ты что так долго? — спросила жена, когда я вернулся домой.
— Да так, немного по хозяйству помог.
— И правильно. Вика со своим очередным ухажером разругалась и осталась одна. Ей, кроме тебя, помочь некому.
— Немудрено, что с таким характером она осталась одна.