Вика взяла бутылку, разлила остатки водки в рюмки и, не дожидаясь Егора, выпила, закусив кружочком соленого огурца.
– Твой коллега позвонил в дверь, мама открыла, он стал расспрашивать о моем здоровье, мама решила, что он доктор из женской консультации, а на фига кому-то еще расспрашивать о моем здоровье, при этом ничего не объясняя? Тем более что посетитель действительно представился доктором. Вот она и сказала: «У них все в порядке!», имея в виду меня и ребенка, которого я носила.
Егор молча выпил и не стал закусывать, затянувшись сигаретой.
– Почти смешно, – сказал он без намека на веселье.
– Почему ты не пришел сам, когда вернулся?
– Я приходил, – признался он. – Не хотел идти, зачем, вроде бы и так все понятно, но пришел! В Африке мне пришлось задержаться на сорок лишних дней, а когда я вернулся, то через пару дней все-таки пошел к тебе. Но оказалась, что ты там уже не живешь, а твоего адреса новые жильцы не знали.
– Знали. – Она даже на расстроилась, чувствуя какую-то фатальность в том, что произошло тогда.
– Значит, не захотели мне его давать или просто забыли. – Егор не удивился, вспомнив ту злую, толстую бабищу, которая открыла ему дверь бывшей Викиной квартиры.
– Или просто не судьба. Так бывает, – устало сказала Вика, вставая из кресла. – Пойду спать.
Она лежала в кровати, укутавшись теплым пуховым одеялом, и думала о том, как все глупо! Как нелепо сложились обстоятельства, которые развели их с Егором в разные стороны, в отдельные друг от друга жизни, и ничего уже не исправишь, переболев, перемучавшись всем пережитым тогда, пять лет назад.
«Может, поплакать с горя над судьбинушкой?» – подумала Вика и уснула."
"Егор прочитал все письма и перечитал еще раз.
И еще раз.
Он смеялся над ее забавными шутками, удивлялся и восторгался ее хлесткой, веселой манере писать. Отметил, что ни в одном письме Вика не написала о своей беременности прямо – так, намеками, может, опасалась, что прочтет кто-то постороний, когда письма стали возвращаться к ней, или просто не хотела выступать в роли навязывающейся или ожидающей немедленного предложения женщины.
Почувствовав надвигающуюся головную боль и горечь во рту от выкуренных сигарет, Князев решил выйти на участок и сделать несколько упражнений, точно зная, что они помогут трезво, без лишних эмоций, взглянуть на обстоятельства.
Отключившись от всего внешнего и сосредоточившись на каждом движении, Егор не заметил, как пробежало время.