Эти дети социально благополучные, и если какая-то мать заподозрит неладное, то у них будет доказательство того, что ребенок был очень болен и поступил в обычную больницу с таким диагнозом. А то, что его потом прооперировали в другом месте, так это можно объяснить как угодно. – Егор потер лоб и сказал из-под руки: – Иди, отдыхай, все остальное обсудим завтра.
Вика встала из-за стола.
– Можно я не буду мыть чашку?
– Можно, я сам помою, иди. Да, утром я занимаюсь два часа, в последней по коридору комнате, ни на какие звонки и вопросы в это время я не отвечаю.
И, уже засыпая, прижав к себе Степку, Вика подумала, почему не искала родителей Егора, и призналась самой себе:
«А потому что боялась убедиться, что действительно ему не нужна. Что на самом деле мама окажется права, и он просто развлекся и сделал девочке ручкой. Встретившись с его родителями, я бы попала в очень неловкую ситуацию: какая-то незнакомая девица приходит с улицы, объявляет, что она беременна от их сына, и просит его адрес.
Утром ей стоило огромных усилий удержать Степана от проникновения в комнату, где занимался Егор. Степка «бил копытцем», ныл и требовал немедленно поздороваться с папой.
– Папа! Здравствуй!
За завтраком Вика с Егором спорили под сопровождение бесконечных Степкиных вопросов. Вика настаивала на том, что они со Степой поедут на своей машине в клинику, следом за Егором, а потом вернутся. Егор жестко возражал:
– Нет, поедем вместе, а наш шофер вас отвезет домой на служебной машине.
– Но мне удобней самой! – спорила Вика.
– А мне так спокойней! – настаивал Егор.
– Да в чем дело? – возмущалась она. – Я хороший водитель, у меня ни одной аварии не было за двенадцать лет!
– Верю! Но ты можешь запросто мотануть на дачу!
– Вот черт!
– Мамочка, не ругайся! – быстренько вставил Степка.
– Вика, никаких дач! Тем более у нас вечером встреча с Вениамином Андреевичем!
– Ладно, – буркнула Вика, расстроившись, что Егор ее раскусил.
– Вот и договорились! – успокоился Князев.