Чуть надавила, словно проверяя на ощупь их упругость, затем поймала странный взгляд ящера и резко отдернула руку.
– Уснуть не могу! – пробормотала, насупившись, и скромно опустила глаза. Ну прям сама невинность… угу. Опять к любимой роли вернуться решила, хитрюга? Или нет?
– Постель неудобная? – продолжая всматриваться в лицо изобретательницы, чтобы понять, какую игру она затеяла, спросил Арэт. И заодно вцепился пальцами в мягкую обивку кресла. Просто для того, чтобы не вцепиться во что-то другое, вернее, в кого-то.
– Не могу я спать в сокровищнице! Извини.
– Это самое защищенное место в моем доме! Что тебе не нравится? – более резко, чем хотелось бы, проговорил дракон, неотрывно следя за тем, как, облизнув губы, Ашка чуть закусила нижнюю и искоса посмотрела на него, будто хотела сказать что-то важное… или сделать?
– Соблазняют… – наконец, произнесла она, и поспешно добавила: – экспонаты.
Ящер на мгновение зажмурился, борясь с соблазном схватить девушку в охапку и собственноручно отнести на постель, а потом сделать так, чтобы она надолго потеряла интерес ко всему, кроме него. Представив, как именно он будет этого добиваться, Арэт сглотнул, затем решительно открыл глаза и, не глядя на Ашель, принялся набрасывать сеть легкого маскирующего заклинания на свои сокровища. Ниши медленно заволокло золотистой вуалью, скрыв от постороннего взора их содержимое.
– Еще что-нибудь соблазняет? – спросил мужчина.
– Да, – смело кивнула собеседница.
– И что же?
– Ты.
– Мне тоже накинуть на себя чехол из тумана? – Его левая бровь выразительно изогнулась, а уголки губ чуть приподнялись. Такой разговор нравился дракону куда больше.
– Боюсь, тебя это уже не спасет, – хищно улыбнулась эта мелкая шельма и, обняв его за плечи, поцеловала. Не очень-то умело, но при этом так искренне и страстно, что Арэт на какое-то время забыл дышать.
– С-с-стоять, – зашипел дракон, перетаскивая изобретательницу с подлокотника на свои колени. Строить из себя рыцаря расхотелось окончательно. – То есть сидеть, чудовище!
– Я тебе не… – начала возмущаться Ашка, но слова застряли где-то в горле, когда мужчина накрыл ее рот своим.