Последний, естественно, попытался цапнуть белую кисть чужестранки, но та вовремя отдернула пальцы.
Эльфийка издала поистине змеиное шипение, что-то вытащила из кармана своей просторной накидки, после чего сбросила ее на пол. Проследив движение соперницы, Ирридия вскочила из-за стола, легко поймала летящий в нее предмет и, уставившись на него, замерла рядом с креслом блондина.
– Только не это, – простонал тот. – Кор…
– Опа! – выдала эмпира, жестом призвав мужчину к молчанию. Она, едва сдерживая смех, смотрела на яркую рукавицу, нелепо украшенную переливающимися камешками и бордовой вышивкой.
– Защищайся, жердь сутулая! – рявкнула Кори-эль, оборвав ее пропитанную сарказмом речь. – Это вызов!
– Да ясно, что не щедрое подношение, – пробормотала Ирридия, оценивая обстановку.
– Девушки… – снова попытался вставить свое слово дракон, но его перебило на удивление слаженное «Не лезь!».
После чего ящер замолчал, прижав к себе сумку с недовольно пискнувшей крысой, брюнетка отступила, приняв обманчиво-расслабленную позу, а чародейка в розовом призвала на помощь свои магические способности, рассчитывая раз и навсегда избавить «золотце» от «вороны». С ладоней эльфийки к потолку потянулся черный дым, пронизанный разрядами крохотных молний. А на скатерть, опрокинув бутылку и канделябр, шмякнулась пресловутая варежка, только что сыгравшая роль традиционного символа всех поединков.
Сухонькая старушка в лиловом платье, мигом оценив обстановку, юркнула за барную стойку, откуда принялась хозяйским взглядом обозревать зал своего ресторана.