На сцене его окружала эта жаркая, сексуальная аура, которой он заряжал толпу, а теперь окутывал меня ею в постели. Это тоже была своего рода магия.
Но на следующее утро ему пришлось сесть на автобус до Далласа, а мне вернуться в Уэйко. Мы не знаем, когда снова увидимся. Он будет гастролировать с Эдом по крайней мере полгода, а потом лейбл захочет, чтобы он вернулся в студию. Я стараюсь храбриться, но мне так его не хватает. Он звонит при каждой возможности, но это трудно.
Пусть мы и знали, что легко не будет, но все оказалось гораздо сложнее.
МайОчередной план и снова отмена. Мы с Миллером уже в пятый раз пытаемся выкроить немного времени, но из-за его сумасшедшего графика планы рушатся. Не то чтобы я считала. Ну ладно, так и есть. Со времени переезда из Санта-Круза мы с Миллером провели вместе в общей сложности тринадцать дней за долгих одиннадцать месяцев.
Он закончил тур с Эдом Шираном, и я подумала, что у него останется немного свободного времени до записи полноформатного альбома.
Я действительно стараюсь не навязываться и не ждать своего мужчину у телефона. Хотя Миллер мне этого не позволяет. Он никогда не пропускает наши вечерние созвоны, если только в это время не в полете. У него изнурительный график, но и у меня тоже. В прошлом январе Миллеру вручали премию «Грэмми» как лучшему новому исполнителю, но я не смогла присутствовать, потому что у меня была огромная исследовательская работа.
Он называл меня девушкой из своих песен.
Я так рыдала, что моя соседка, Вероника, решила, что меня хватил удар. Но слезы лились, потому что я скучала по нему, любила его так сильно, что с каждой секундой разлуки казалось, будто мы идем против естественного порядка Вселенной.
"Вероника утешила меня своей любимой цитатой: «перемены трудны в начале, запутанны в середине и прекрасны в конце». Я не знаю, начало сейчас или середина. Все и трудно и запутанно одновременно. Длинные отрезки времени, когда мы не видим друг друга, перемежаются редкими встречами на выходных, которые заканчиваются очередным душераздирающим прощанием.