Х
* * *Я планировала день своей свадьбы с тех пор, как мне исполнилось пять.
Папа любил рассказывать историю о том, как накануне первого школьного дня я бегала за Джейкобом Келли по нашему глухому переулку, сжимая букет цветов, сорванных на заднем дворе, с корнями и комками грязи, крича, чтобы он вернулся и женился на мне. В конце концов, после долгих уговоров я добилась своего. Джейкоб выглядел потрясенным и собой и мной, пока мои подруги Лайла и Тара послушно проводили церемонию. Он отказался целовать невесту – что меня более чем устраивало – и решил провести наш медовый месяц за бросанием сосновых шишек в белок, скачущих по забору заднего двора, и жалуясь, что больше не осталось знаменитого вишневого пирога моей мамы.
На церемонии с Джейкобом Келли я не остановилась. К одиннадцати годам я уже побывала замужем за Тейлором Киршнером, Майло Лопезом, Астоном Джудисом, Джошем Пейном и Луисом Хью. Все они по-прежнему жили в том же городке в Пенсильвании, где я выросла, и продолжали присылать мне рождественские открытки, будто смеялись над тем, что я до сих пор не замужем.
И дело не в романтике. Мальчики меня интересовали лишь из-за болезненного любопытства к тому, что делало их такими неприличными, грубыми и склонными к туалетным шуткам. Все затевалось из-за свадебной части, которую я очень любила. Бабочки в животе, праздничная атмосфера, гости, торт, цветы. И прежде всего – платье."
"Фальшивые церемонии давали мне повод надеть белое пышное платье, которое моя кузина Коралина подарила мне, когда выходила замуж.
С тех пор я помешалась на свадебных нарядах. Буквально стала ими одержима. Я умоляла родителей брать меня с собой на свадебные торжества. Доходило до того, что я пробиралась на чужие церемонии в местной церкви, чтобы полюбоваться платьями. Благодаря маме-флористу моя одержимость усугубилась.
Стать дизайнером свадебных платьев казалось призванием, а не выбором профессии. В день свадьбы вы становитесь самой красивой и безупречной версией себя. Фактически это единственный день в вашей жизни, когда все, что вы решите надеть, независимо от того, насколько это дорого, экстравагантно или роскошно, не подвергнется критике.