Все строго. Чистота, стерильность, покой для пациентов. Даже по городу ходят легенды как Дудулян выбивает оборудование, деньги на развитие, ремонт. Наши пациенты даже питаются лучше остальных! Потому что людям с травмами необходимы витамины и микроэлементы – это как мантру повторяют повара больницы.
И все равно проверка из столицы – это проверка из столицы.
Всем хочется показаться с самой лучшей стороны. Не ударить в грязь лицом. Чтобы видели, что и мы тут, в небольшом областном городке тоже кое-что «могем» - так Олег Борисович говорит.
Меня, конечно, не привлекают к тяжелым работам. Я так, на подхвате.
Мне отдали Лёлькиных пациентов, и я почти весь день сижу у того самого, новенького, которого избили, Вячеслава.
Он все время зовет свою Яну.
К вечеру первого дня у него поднимается температура – после операции так бывает. Я сижу с ним до конца смены, Прижимаю ладонь к его лбу. Почему-то мне кажется, что ему так легче. Сначала я молчу, потом, почему-то мне хочется поговорить с ним.
Понимаю, что ответить он, скорее всего не сможет, или ему будет очень трудно, но…
- Все будет хорошо, правда.
- Яна… Ты…
- Нет, я не Яна.
- А кто?
Кто… эх… если бы я знала кто я!
- Я сестра, санитарка, работаю в отделении травматологии. Сейчас вот жду, когда у вас капельница прокапает, поставлю другую.
- Яна… я… должен ей… позвонить…
Он хочет позвонить своей девушке.
Я достаю из кармана смартфон – Лёлька отдала свой старый, он отлично работает. Правда, звонить-то мне особенно не кому. Только вот той же Лёле и звоню. Да, еще пациенты некоторые, уже выписавшиеся, спрашивают, как мои дела. Интересуются, вспомнила ли я, не родила ли еще. И соседка ворчливая звонит. Рассказывает про правнука, вещи мне для малыша уже собрала, обещает передать.
- Яна… мне надо ей сказать… я…"
"Мне очень хочется ему помочь, но я не уверена, можно ли это делать? С другой стороны… кто узнает?
Наклоняюсь к нему поближе, говорю тихо.
- А вы телефон ее помните? Скажите мне, я позвоню.
- Телефон… простой… девятьсот шестнадцать… три пятерки…
Дрожащими пальцами набираю номер. Сглатываю. Слушаю длинные гудки.
А потом… кто-то на том конце поднимает трубку, слышу голос, мужской голос.
- Алло? Слушаю вас.
- Добрый вечер.