Сначала кинулась и обняла меня, затем Кижа, а после выбежала из гостиной, на ходу крикнув ему:
— Дядя Дима, я, честное слово, сильно не буду баловаться! А за маленькие проказы вас дядя Костя не накажет!
— Сам нарвался, — я похлопал Кижа по плечу, — чтобы даже на шаг от неё не отходил.
— Сделаю, — вздохнул он, — куда я денусь.
— Вот и чудненько. А сейчас доброй ночи, пора и мне спать."
"Но в постель я попал не сразу. По пути меня перехватила Таня и заявила, что она тоже едет в Муром. И вовсе она себя хорошо чувствует, и дыхательные упражнения будет делать на месте, и за Ксюшкой нужно приглядывать, и вообще, я без неё буду слишком суровый, а Сашку с Петей пожалеть нужно, им и так досталось.
* * *Будто специально подгадав, в Муром мы приехали как раз к обеду. Марья Алексевна сначала удивилась, затем обрадовалась и тут же пригласила всех за стол. На нас с Таней она поглядывала с любопытством, явно ожидая рассказа о случившемся в столице, но держала себя в руках.
Сашка и Бобров сидели за столом как на иголках, опасаясь на меня даже взгляд поднять. А я специально говорил только о погоде, видах на урожай и прочей ерунде. Пусть помучаются и ещё раз подумают над своим поведением.
И только Ксюшка вела себя непосредственно, не утруждаясь формальностями. Получив десерт, она поковыряла в пирожном дырку, облизала ложку и громким шёпотом на весь стол спросила у сестры:
— Боишься?
Рыжая гордо фыркнула и не стала отвечать.
— Ну и зря, — Ксюшка принялась выгребать ложкой воздушный крем, — дядя Костя тебя выпороть обещал.
Александра закашлялась, глядя на меня с возмущением и ужасом.
— Милый ребёнок, — вкрадчиво спросил я у Ксюшки, — это когда же я такое обещал?
— Ну, — она вытянула губы трубочкой, — папа всегда обещает выпороть, когда плохо себя ведёшь. Сашу он хворостиной берёзовой гонял, когда она без разрешения из его ружья стреляла. Она потом на животе спала, так ей всыпал.
Я сдержал улыбку, увидев, как Александра с облегчением выдохнула. Похоже, она всерьёз поверила, что я мог такое сказать.
— Ксения, а ты когда балуешься, не боишься, что я тебя могу хворостиной?
— Меня нельзя, я ещё маленькая, — твёрдо заявила Ксюшка. — Папа сказал, что мне надо словами, а Сашка уже взрослая, ей поздно объяснять, если раньше не поняла.