– У нас все на тот свет отправлялись, – отмахнулась Галина. – Я в хосписе работала. А туда лишь доходяг привозят.
– У Ефремовых дома был умирающий? – спросила я.
– Так ведь Олег Михайлович, он… того-самого… Ку-ку! Прощай, крыша! – мигом выдала хозяйскую тайну прислуга.
– Хочешь сказать, что хозяин – психически нестабильный человек? – поразилась я.
– Ваще сумасшедший, – заговорщически зашептала домработница. – Просто идиот!
– Навряд ли мужику с таким диагнозом доверили бы управлять банком, – не подумав, пробормотала я, – а Ефремов третий человек в офисе.
Глава 21
Галина вскочила, закрыла дверь в кухню, метнулась к буфету и принялась выставлять на стол угощение: коробку шоколадных конфет, зефир, мармелад, банку дорогого растворимого кофе, кекс…
Мой желудок неожиданно заныл, руки сами потянулись к соблазнительно пахнущим сладостям. Не в силах справиться с собой, я схватила шоколадку, запихнула ее в рот и, чуть не застонав от удовольствия, проговорила:
– Хозяйка не похвалит тебя за столь щедро накрытый стол.
Галина беспечно махнула рукой.
– Все равно мне уходить. Олег Михайлович откинул тапки, теперь Катька экономить еще больше станет. Понимаешь?
– Нет, – на всякий случай ответила я и вцепилась зубами в самый большой кусок кекса.
Думаю, диетологи ошибаются. По их убеждению, тазик салата из зелени с огурцами не прибавит вам ни капли жира, а крохотный ломтик булочки вмиг превратит в слонопотама. Врачи ошибаются. Выпечка ерунда, в нее ничего особенного не положено, а вот смесь из овощей живо растянет желудок.
Но, на мой взгляд, это жалкие оправдания. Твердые, мягкие… Какая разница? [17] А теперь посмотрим на кексик. Из чего его состряпали? Из муки, как и спагетти. Составляем логическую задачу: кекс сделан из муки, следовательно, от него что? Правильно: тоже не поправишься. Можно спокойно лакомиться выпечкой!
Но я, кажется, отвлеклась.
– Мне деньги нужны позарез, хочется на отдельную квартирку заработать, – призналась Галина, попивая хозяйский кофеек.