Ну и ну! Так, и что хорошего я выяснила? Телефон Веры Петровны зарегистрирован на деда Пихто. Может, сей персонаж народного фольклора родственник Ефремовой? Ладно, еще одна попытка соединиться с вдовой по-домашнему номеру мне не помешает. Может, она уезжала на кладбище, выбирала место для могилы?
– Алло! – бойко ответил девичий голосок.
– Позовите Веру Петровну, – обрадовалась я.
– Девчонки! – закричала незнакомка. – Кто у нас Верка?
– Нету такой, – донеслось издалека.
– Хозяйка дома, – уточнила я, – ее фамилия Ефремова.
– Ща, секундочку погодите! – приказали на том конце провода.
Я стояла на улице, наблюдая за людьми, которые торопились к метро. Кого только не увидишь в толпе! Вон вышагивает буддист, замотанный в оранжевую простыню. Шлепает босиком по грязному асфальту, улыбается солнцу, и никто не обращает на него внимания. Как, впрочем, и на девушку лет восемнадцати с бритой головой и с татуировкой на макушке.
– Эй, народ! – заорал вдруг мужчина с большим портфелем.
Я вздрогнула. Это уж как-то слишком, огнестрельным оружием просто так не разбрасываются. Думаю, лучше мне на всякий случай забежать за ларек с курами-гриль.
– Люди! – надрывался дядька. – Наган или браунинг валяется! Че, никому не нужен?
Толпа замерла. Я, ожидая, что прохожие перепугаются и начнут на разные голоса звать милицию, была поражена поведением горожан. Многие начали хлопать себя по карманам, полезли в сумки, стали оглядываться.
– Ой, это наш! – завопила старушка лет семидесяти, облаченная в элегантный серый костюм. – Кто его обнаружил? Не трогайте! Он Витин! Беги, маленький, вон тот дядя глазастый! Ну ты растеряха…
Семилетний мальчонка понесся через толпу, а я почувствовала себя действующим лицом фильма про суперагентов. У входа в подземку потеряно огнестрельное оружие, никто, кроме меня, не испугался, а «ствол», оказывается, принадлежит ребенку!
– Не забудь поблагодарить дядю, – надрывалась старушка.
– Спасибо, дяденька! – послушно проорал мальчонка и поднял с асфальта большой ярко-зеленый игрушечный наган.
Мне стало смешно.