Скажи об этом землякам Илиты лет двадцать тому назад, все бы только рассмеялись. А то бы и рассердились: нечего, мол, нам голову глупостями забивать, чудес на свете не бывает!
Теперь — бывают!
Но пора и приземляться.
Внизу, по берегу реки и на скалах ущелья, не видно ни одной сколько-нибудь удобной площадки. Вот, кажется, что-то есть! Нет, это поле, засеянное ячменем. Нельзя сажать самолет на поле. Илита хорошо знала, сколько труда нужно положить, чтобы вырастить ячмень на этой недружелюбной земле. Собственно, и землей-то нельзя назвать ее.
Она растерянно оглянулась на инструктора. Тот не спал. Чувствовалось, что он следит за Илитой, готов в любую минуту прийти ей на помощь.
«Обойдусь без него, — твердо решила Илита. — Буду искать площадку, хотя бы все горючее кончилось!»
Она вдруг вспомнила, что неподалеку от аула Какадур есть небольшая площадка.
«Хватит? — тут же обеспокоенно спросила она себя. — А если нет?»
Она вспомнила Чкалова. Тот сумел пролететь под мостом, между быками, — расстояние было чуть шире размаха крыльев чкаловского самолета.
Илита грустно усмехнулась. Чкалову это удалось. Но то Чкалов, а то она. Нашла с кем себя сравнивать!
Самолет между тем уже набрал высоту и парил над южной окраиной Какадура.
«Попробую!» — решилась Илита.
Самолет резко пошел на снижение…
Земля! Колеса «уточки» катились по лугу, сминая высокую траву. Обрыв быстро приближался. Неужели дорожки пробега не хватит? Когда до обрыва оставалось метров пятнадцать, самолет, перевалив через небольшую кочку, прекратил свой бег.
— Ах, молодчага! — сказала она, хлопнув рукой по борту кабины. Она имела в виду самолет.
— Это ты — молодчага! — отозвался с заднего сиденья инструктор Петров. — Тютелька в тютельку посадила «уточку». Я бы лучше не посадил, а ведь инструктором пятый год!
Он облегченно рассмеялся. Видно было, что Илита заставила его поволноваться.