Несмотря на поздний час, а это уже почти десять, по улицам деревни на велосипедах катались дети. Кто-то жег костер, и вокруг собралась толпа подростков. Но завидев меня, все дружно обернулись.
Так-так. Вот такого внимания мне и не нужно!
– Эй, – махнула рукой проезжающему мимо мальчишке лет десяти, который чуть голову не свернул, как загляделся на мою машину.
Он быстро уловил мой жест и, развернувшись на велике, подкатил поближе.
– Кого-то ищите? – тут же сообразил мальчишка.
– Да. Где мне найти Михаила Руслановича Румянцева? – спрашиваю.
У пацаненка расширяются глаза от удивления, превращаясь в блюдца.
– Вы к Мишане? – удивленно спрашивает и снова окидывает взглядом машину и, прищурив взгляд, впивается в мое лицо.
– К Румянцеву, – решаюсь еще раз уточнить, мало ли у них тут “Мишань” на деревне. – Может, взрослые знают? Позови кого-нибудь.
– Да я знаю. Тут все его знают, – хмыкает. – Но Мишаня не здесь живет. А во-о-он там, – и загадочно машет рукой в направлении леса. Темного такого, густого и дремучего, в стиле лучших фильмов ужасов из Голливуда.
– В лесу? – спрашиваю неуверенно. Вернее, я категорически отказываюсь верить, что еще есть люди, которые живут в лесу. В двадцать первом веке.
– Да нет, тетенька, – хихикает. – За лесом.
– Ага, за лесом. Так как мне проехать?
Пацан оглядывает машину уже не знаю в какой раз и с сомнением отвечает, почесав белобрысую макушку:
– Прямо. По дороге. Через лес. Там увидите.
– Спасибо, – благодарю и трогаюсь с места.
Проезжаю деревню насквозь, прямо к лесу.
Притормаживаю, критически разглядывая местность. Узкая дорога и по обе стороны лес. Не хочу туда ехать. Но разве у меня есть выбор?
Проклиная Андрея Петровича всеми известными мне проклятиями, давлю на газ.
Моя красавица не едет по этой “дороге”, а плывет. Как алая бригантина, рассекающая волны грязи.
"Когда уже кажется, все, этот квест пройден, где-то вдали мелькает свет, а моя девочка… вкопалась. По самый бампер! При нажатии на педаль газа даже не дернулась с места. Приплыли.
Я отпускаю педаль, закрываю глаза. Вдыхаю полной грудью уже остывающий воздух и медленно выдыхаю. Все хорошо. Я справлюсь.