Вдыхаю насыщенный парфюм с нотками проступающего пота на распалённом теле и ищу в себе силы не расплакаться.
– Если бы ты знала, что вытворяет моё сердце… – хрипло шепчет любимый мужчина. – Впору мне бледнеть и терять сознание…
– Я знаю какое лекарство нам обоим нужно… – осмеливаюсь взглянуть на него и увидеть в глазах все те же самые перемешанные чувства.
Любовь, страх, осторожность, решимость, желание, робость, непоколебимость, снова любовь.
– Какое? – застывает в надежде Феликс.
– Это… – и сама целую. Мягко, ласкающе, просто, чтобы подарить тихое счастье.
– А чего вы делаете? – вдруг пролезает между нами Злата, задирает голову, удивлённо пялится.
Я цепенею. На выручку приходит Феликс. Садится перед ребёнком на корточки и с улыбкой поясняет:
– Когда мама и папа любят друг друга, они… иногда целуются в губы! Так мы показываем друг другу, что нам хорошо вместе!
– Фууу… – смешно выдаёт дурашка. – А как же микробы? Так можно заболеть!!
– Когда по любви, никакие болезни не страшны! – поднимается папа.
Хочу посмотреть осуждающе, но не выходит. Смеяться тянет.
– Можно я не буду? – морщится Злата, не проникаясь прекрасным.
– Можно! – иду на опережение, пока наш папа ещё чего умного не сказал. – Мы с тобой как раньше будем, да? Вот так! – и чуть ли не вгрызаюсь в сладкое девичье ушко. – ЧМОК!
Ребёнок закатывается от смеха, а мы с Феликсом медленно выдыхаем. Такие темы, как по минному полю пройтись.
– Мои красивые девоч… ААА!! Уля, сойди с документов!!! Ты чего мне тут натоптала?? Мама дорогая! Помяла мне договор!! Ну-ка, давайте, брысь отсюда и бегом в машину!!
Злата исполнительно несётся к двери, а я глажу по спине собирающего бумаги Феликса, и игриво целую в щёку:
– Прости!
* * *"
"Выхожу из садика и движусь к джипу, около которого ждут два охранника, которым Громов приказал отвезти меня домой.
Нет, я не против, даже очень благодарна им. Понимаю, зачем это нужно Феликсу. После того, как на Костю напали, он принимает всяческие меры предосторожности. Мне так тоже спокойнее.