Остальные ликаны следуют примеру своего нового вожака. Я киваю Булграмму, и тавры принимаются вязать пленников. Мда, вот новая головная боль. Но к счастью, я уже прикинул куда отправить пленников. Пылиться в клетках — не вариант. Лучше уж их кое-куда пристрою.
Всё это время Карлан потрясённо качает головой.
— Вот и удался праздник, — вздыхает король Авиарии. — Теперь Кенрис нас ещё больше возненавидит.
— Король Кенрис не знает, что мы направились к иномиряину, — не соглашается с ним связанный ликан. — А также что мы взяли пегассиров из королевской конюшни.
Карлан облегчённо вздыхает, а я, потеряв интерес к пленным, подхожу к крылатым лошадкам. Статные и сильные. Прислушиваюсь к их разуму. И легко поддаются ментальному программированию. Одно удовольствие — полетать на таких над Сковородской грядой. Вот это и будет настоящий праздник.
Интересно, как скоро Кенрис хватится своих лошадок? Наверняка, очень скоро. Всё же пегассиры считаются алмазами конного мира. На них летают короли, их ближайшие вельможи, великие военачальники и отборные воины.
* * *Волколакград, Ликания
— Мой король, у нас украли десяток пегассиров.
— Что⁈ Когда⁈
— Три дня назад.
— Что?!!!
* * *Сковородщина, граница земель Вещих-Филиновых и Сморкиных
— Ваше Благородие, это уже территория графа Вещего-Филинова, — предупреждает ловчий. — Нам нужно вернуться обратно в ваш лес.
— Никуда мы не вернёмся! — возражает Сморкин, перезаряжая двустволку. — Гребаный Дракон уже пятое утро не даёт мне поспать! Мы перестреляем всех уток Филинова, и ему самому не на кого будет охотиться, ха-ха! Так вот!
Подняв ружьё, дворянин решительно топает в сторону лесного озера.
— Ваше Благородие, одумайтесь, — ловчий, спешащий следом, пытается отговорить господина. — У вас утки ничем не хуже!
— Это дело принципа, — отмахивается Сморкин. — Раз я не смог отобрать у него землю, то хотя бы так нагажу…
Он резко замирает и вылупляет глаза на шеренгу выстроившихся волков.
— Хорошие собачки…
— Сам ты собачка, жиррдяй, — огрызается самый матерый волк. — Теперрь мы блюдём за этой землёй. Нас конунг поставил на заставу. Ещё рраз перешагнёшь грраницу — я тебе ногу отгрррызу. Пошёл нахрррен!
И Сморкин, вняв командному тону волка, резво бросается обратно.