Надо же, никогда не думал, что стану трамплином для карьерного роста одного ушлого рисоеда.
— Позвольте представить Ее Высочество Ольгу Валерьевну, — я пропускаю вперед себя княжну. Пока ханьцы кланяются перед Ольгой, мы с Лакомкой и Настей подходим к большому столу для переговоров. Представители Хань садятся шеренгой с одной стороны, а мы — напротив.
Настю я заранее спросил, хочет ли она поучаствовать в этом мероприятии. Барышня, конечно, спросила дозволения у Жанны, а та не была против, чтобы дочка засветилась на одном международном совещании.
К моему удивлению, Ольга садится не во главе стола, как брифинг-судья, а на нашей стороне, слева от меня. Это явно не понравилось и ханьцам, судя по их резко вскинутым подбородкам. Зато понравилось Лакомке, сидящей справа от меня.
«Мелиндо, две блондинки по бокам — ты будешь отлично смотреться в кадре».
«Лучше и не бывает» — соглашаюсь.
«Можно и лучше — если Настю пересадить тебе на колени», — усмехается главная жена.
Кто о чем, а моя Лакомка всегда о бабах.
— Господа, я здесь присутствую как организатор встречи и репортер, только и всего, — сразу предупреждает Ольга. — Так что можете не обращать на меня внимания.
— Это будет сложно, но мы постараемся, — подлизывается к ней Чжу.
Он выпрямляется, оправляет широкие рукава оранжевого халата и демонстративным жестом пододвигает ко мне на середину стола какие-то бумаги."
"— Господин Данила, дорогой мой друг, волей Императора Ци-вана решено вас одарить титулом «Хороший друг Поднебесной».
Наступает тишина. У Насти становятся глаза на пол-лица, она явно ошеломлена услышанным. Лакомка, как всегда, дежурно улыбается. Ольга напротив, смотрит на меня с легким подозрением, её брови нахмурены.
Пауза затягивается, и по-хорошему надо что-то ответить. Но я продолжаю молча пробегаться взглядом по строчкам. Так, и что у нас тут? Ткацкая фабрика, еще какие-то предприятия. Перечень разнообразный.