— Будешь? — достаю из сумки бутеры и протягиваю один мальчугану.
Он с удивлением берет еду и смотрит, как я уминаю свою порцию. Ну а что? Люблю перекус после затратного боя.
* * *Давирис, Тавириния
Настя Горнорудова — единственная дочь баронессы-телепатки Жанны Горнорудовой — просыпается в постели в своих временных покоях. Барышня сонно потягивается, вспоминая произошедшее. Тут же ее щеки вспыхивают от жара стыда. Вчера она напилась и сидела на коленях у Дани! Боже, какой стыд! Сам Филинов поди посчитал ее полной дур…
— О, наконец проснулась, дорогуша! — раздается грудной голос Гересы.
— Пир? — Настя приподнимается на один локоть и видит перед собой нетерпеливую богатыршу. — Но пир же был вчера.
— Так-то был вчерашний пир. А сегодня уже новый! — обстоятельно объясняет Гереса, поправляя кольчугу так, чтобы она струилась жидким серебром по ее фигуре в виде песочных часов. — Надо же отпраздновать победу Филина над Бурым племенем!
— Что⁈ Уже⁈ — офигевает Настя.
— Ага, — невозмутимо соглашается богатырша. — А чего ты хотела? Это же Филин?
Настя потупляет взгляд. Данила — это неостановимый метеор, который за ночь может разгромить войско врагов и закончить многолетнюю войну. Не зря баронесса строит на него большие планы. Самой же Насте Даня нравился с тех пор, как спас ее маму. Он всегда был таким надежным и уверенным в себе, а его вроде бы нахальная улыбка на самом деле скрывала осознание своей силы и спокойствие.
Но выйдет ли из этого толк? Состоится ли их с Даней помолвка? С одной стороны, Настя носит такое же кольцо, что и его жены. С другой — оно ведь надето не на безымянном пальце.
— Так ты будешь одеваться? — Гереса требовательно упирает руки в бока. — Я не могу пойти без тебя после моей проделки с самогоном. Филину она явно не понравилась. Но кто же знал, что тебя так развезет с одного глотка. А еще ведь оборотница.
— Да, мне нужно время, — со вздохом Настя поднимается и шлепает босыми ногами в сторону бадьи с водой, которую натаскали служанки.
Когда девушки наконец заходят в пиршественный зал, Настя застывает на пороге. Не зря говорится — свято место не бывает. На коленях у Дани уселась Светка.