— Посмотрите! Мы въезжаем туда, где вы можете компенсировать все обиды и неудачи своей прошлой жизни!
Автомобиль остановился перед высокими мрачными воротами, охраняемыми стандартными «тофиками» в немецких мундирах с автоматами наперевес, сразу же вытянувшимися при виде Димона и, выбросив вперёд ладони в перчатках, заоравшими:
— Хайль, фюрер!
Сверху над аркой ворот готическими буквами была выбита надпись «Каждому — своё!»
Автомобиль въехал в распахнувшиеся ворота и остановился посреди широкой, освещенной со всех сторон прожекторами, словно выжженной пустой площади.
По многочисленным дорожкам, низко пригнув головы, полурысцой на цыпочках передвигались длинные вереницы людей в изорванной полосатой одежде, катящих перед собою грубо сколоченные деревянные тачки, наполненные крупными камнями.
Время от времени кто-нибудь из них падал в изнеможении и тут же к упавшему подскакивали охранники — «тофики» в серых мундирах, которые ударами сапог и плетей поднимали упавшего на ноги и заставляли идти дальше. Слева от приехавших видны были длинные здания с множеством дымящих высоких труб. Картинка выглядела мрачноватой.
— Это чё, типа, Освенцим, что ли? — с ужасом сделал открытие Димка.
"— Что вы, мой фюрер! — осклабился из-под эсэсовской фуражки Тофик. — Освенцим был всего лишь нашим маленьким филиалом! Конечно, мы успели реализовать в нём некоторые разработки Терминала, но эти русские сорвали нам прекрасные перспективы всемирного развития! Хотя их собственный ГУЛАГ — тоже творение наших умов! Кстати, его прототип здесь по соседству! Не желаете ли взглянуть?
Димка не успел ответить. Неожиданно невдалеке показалась группа фигур в офицерских мундирах.
Они, смеясь подали друг другу руки и, после крепкого рукопожатия, «адъютант» отцепил от пояса планшет, раскрыл его и протянул «Гитлеру» какую-то бумагу, которую тот, не глядя, подписал.