Всё, о чём в православной литературе читал, теперь сам увидел и на себе познал. Только поздно. Не повторяй мою ошибку, сын! Раз уж тебе такой уникальный случай Бог предоставил.
— Какую ошибку, папа?
— Да ту, что, познакомившись с Истиной, я в последствии этим знакомством пренебрёг. Хотелось жить в своё удовольствие, как говорят — «по кайфу»! А вот тут-то вера начинает мешать, приходится делать выбор — жить «по кайфу» или «по вере». Совместить это невозможно. Тогда я и выбрал кайф, а вот он теперь — результат моего выбора, — Димкин отец окинул взглядом окружающие стены пещеры.
— Папа! Но, придя в Терминал, ты разве не мог пройти мимо всех этих «залов презентаций» и выйти туда, где Бог?
— Здесь невозможно не попасть в рабство той страсти, которой ты служил в земной жизни и от которой стал зависим. Освободиться от неё можно только пока ты ещё там.
— Интересно, а эта мерзкая гадина всё ещё там меня караулит? — озадачился Димон.
— Сейчас глянем, — Рыжок-старший поднялся с песка на полу, — вроде бы её нет, наверное, улетела! — сказал он, осторожно выглянув наружу.
В то же мгновенье щупальца притаившегося вне зоны видимости чудовища, словно петлёй стального каната, прочно охватили его босую ногу и сильным рывком поволокли наружу.
— Дима! Молись скорей, прошу тебя, сын, спаси меня! — закричал отец, из последних сил цепляясь руками и оставшейся свободной ногой за камни у выхода.
— Сейчас! Кирие Ису Хрис… Господи! Иисусе Христе! Помилуй меня и моего папу! Господи! Помоги! Ангел Хранитель мой! Помоги нам! — из глубины души закричал Димка, встав на колени.
Вспышка такого яркого света озарила пещеру, что Димке пришлось зажмуриться. Но даже сквозь прищуренные глаза он увидел, как страшная щупальца, словно ужаленная, соскользнула с ноги его отца и исчезла.
— Папа! Опять помогло! Ты смотри! Молитва и в правду всегда помогает! — радостно воскликнул Димон. — А почему же ты сам не молился, а попросил меня?
— Видишь ли, сын! — Рыжок-старший, наконец-то отдышался и пришёл в себя. — Для попавших в Ад прошло время молитв.