— Ну вот! Мне очень понравилось. Новый год, фейерверки, а я плескаюсь в тёплом океане. Хочешь, фотки покажу?
— Давай, — пожимаю плечами.
На фотографиях красивый отель, украшенные гирляндами пальмы и чуждо смотрящаяся среди них искусственная ёлка. А потом появляются снимки с пляжа, где Надежда предстаёт в раздельном белом купальнике. Нельзя не отметить, фигура у неё стала что надо. Особенно если вспомнить, какой она была до этого.
М-м, интересно. Мне начинает казаться, что она предложила мне посмотреть фотографии исключительно ради этого.
— Отличные виды, — я завуалированно хвалю Надю. — Ты молодец.
— А я-то что? — удивляется она, и вроде бы даже по-настоящему.
— Сама знаешь, — усмехаюсь я.
Надя хлопает ресницами, глядя на меня. Правда не понимает, что ли?
Вдруг раздаётся звонок моего «кукловодского» телефона. Взглянув на экран, вижу, что звонит мне Алексей.
— Извини, я сейчас, — встаю из-за стола и отхожу к дальнему окну, и только там беру трубку. — Алло?
— Поздравляю, мальчик мой, — не здороваясь, говорит двоюродный дед.
— С чем?
— Вы с Максимом провернули потрясающую комбинацию. Прямо сейчас в офисы компаний Жарова врываются спецслужбы, проводят аресты и конфискуют документы. В Италии спецназ захватывает склады с оружием и тоже арестовывает всех причастных.
— Вас это радует? — уточняю я.
— А почему меня должно это огорчать? Дай угадаю, ты узнал, что у меня есть доля в тех компаниях? — смеётся Алексей.
Неожиданно. Я не думал, что он так легко выдаст себя.
— Да, я об этом знаю, — отвечаю я.
— Я этого и не скрывал.
Тут я вспоминаю, что Дима говорил то же самое. Вложения были почти прямыми. Небольшие махинации имели место только для ухода от налогов и ответственности, не более.
— Как ты сам знаешь, мы считали род Жаровых союзниками и партнёрами. Собственно, так и есть до сих пор, хотя наш союз не закреплён официально. Поэтому нет ничего удивительного в том, что я решил немного заработать с ним вместе.
И снова мне приходится врать. Но если он действительно наш враг, то не должен раньше времени понять, что я его подозреваю.
Хотя наверняка уже понял. Можно лишь попробовать усыпить его бдительность.
— Ни в коем случае, ваше сиятельство. Я знаю, что вы на нашей стороне, — говорю я.
— Рад слышать, Александр, потому что это так и есть.