В ответ на это предложение мой желудок громко урчит, и я прошу принести что-нибудь перекусить. За последние сутки я почти ничего не ел, если не считать яичницы у себя дома, которую приготовил Виктор.
Дворецкий скоро подаёт мне гороховый суп с копчёностями, пару кусочков хлеба и ароматное сливочное масло с чесноком и зеленью для намазки.
Я с удовольствием уплетаю обед, и когда уже заканчиваю, в комнату заходит князь. Судя по лицу, настроение у него не очень.
— Приятного аппетита. Череповы ещё не звонили? — спрашивает он.
— Нет. А что должны были? — откладывая ложку, спрашиваю я.
— Думаю, да. Ты попросил их снять руководителей медиасети, но у них, видимо, не получится.
— Почему?"
"— Часть корпоративных сил Череповых подняла мятеж и отказывается выполнять приказы новой княгини. Они заняли оборону в офисном центре, где расположены офисы их основных СМИ, — объясняет дедушка. — Сейчас туда стягиваются другие недовольные, в том числе мятежные гвардейцы.
— Плохо дело, — хмурюсь я. — Надо придумать, как помочь княгине.
— Мы вынуждены продолжать возню в публичном поле. Иначе они просто завалят нас своими материалами. Проблема гораздо серьёзнее, чем можно подумать, — князь напряжённо потирает лоб, достаёт из кармана вибрирующий телефон и говорит: — Это Ромэн. Да?
Он выслушивает собеседника и с каждым мгновением всё сильнее хмурится. С рычанием выдыхает и спрашивает:
— Он пока только готовит войска или уже выступил? Ясно.
Положив трубку, князь смотрит на меня и хмуро говорит:
— У нас проблемы, Александр.
— Что случилось?
— Князь Жаров требует освободить свою сестру и выставил Череповым ультиматум. Либо они отпускают её в течение часа, либо он объявляет войну.
Как будто нам было мало угрозы войны между двумя кланами, теперь подключается и третий…
Глава 5
Только я подумал, что ситуация начинает исправляться, и на тебе. Конечно, я знал, что князю Жарову вряд ли понравится, что его сестру арестовали.
Итак, теперь у нас есть всего час до того, как начнётся война между Жаровыми и Череповыми. Причём часть войск Череповых выступит на стороне противников — по крайней мере, те корпоративные силы и подразделения гвардии, что уже открыто подняли мятеж против новой княгини.
— Я позвоню ему, — с нескрываемой злобой в голосе произносит Григорий Михайлович.